И сейчас хотел излить на него всю любовь, накопленную годами, да только… не знал как. И боялся, боялся ребенка. С которым не знал, как правильно обращаться."
"Дарен в свою очередь поднял голову и сжался. Посмотрел таким умоляющим взглядом, от которого разрыдаться впору было. Сжался и сам Ратмир от этого взгляда. Если бы не угроза того, что меня вышвырнут, я точно сейчас выскочила бы из-под стола и помогла этим двоим наладить общение! Но вместо этого я затаилась и сидела тихо, как мышка.
– Прости, мне пришлось уехать ненадолго.
Меня сам король вызвал, – неловко начал разговор Ратмир.
Дарен кивнул, опустив глаза.
– Ага.
Снова воцарилось напряженное молчание. Ратмир усиленно водил глазами по комнате в попытках начать беседу. Дарен зажался и никак не помогал ему. Тут взгляд Ратмира упал на поднос со сладостями.
– О, тебя слуги угостили, как приказано им было? – обрадовался Ратмир. – Что ты любишь из сладкого, я не успел спросить у тебя перед отъездом? Что из угощений тебе понравилось больше всего?
– Я… я ничего не ел, – тихо выдохнул Дарен, недоуменно хлопая ресницами.
– Как я мог, князь? Ты первый должен… а я уже после тебя. То, что останется.
Дарен не играл. Его голос прозвучал искренне. Мне снова захотелось дать в морду Велесу за идиотское «воспитание» ребенка. Похоже, это желание обуяло не только меня. Ратмир стиснул челюсти и сжал кулаки, явно подумав о Велесе. Но как назло, Дарен воспринял этот угрожающий жест на свой счет и инстинктивно отшатнулся от князя. Да так, что сильно ударился спиной и затылком о деревянный столбик кровати.
Его дыхание сделалось таким хриплым и прерывистым, что я испугалась за малыша. Вдруг у него на нервной почве приступы грудной болезни или еще чего-то? Кажется, так называлась астма на нервной почве на Руси в те прошлые времена. Если Дарену станет совсем плохо, я вылезу, и будь, что будет. Но в беде я его не оставлю!
Ратмир понял сам, что накосячил. Он поднял руки вверх и мягко, как со зверьком, заговорил с Дареном.
– Эй, прости, прости, малыш.
Я не хотел тебя напугать. Там… на короля разбойники напали. И я очень разозлился на них! И вспомнил, и случайно сжал кулаки, я не хотел тебя пугать!
История Ратмира, слепленная на скорую руку, явно была шита белыми нитками и пахла враньем. Но я понимала, почему князь не сказал правду. Он не хотел упоминать Велеса лишний раз, чтобы не травмировать мальчика еще больше.
Дарен покосился на стол и, наверное, вспомнил свою роль в нашем с ним спектакле.
