Я даже смутно помню высокого статного мужчину с серебристо-белой косой, который сажал меня к себе на колени и что-то ласково говорил моей матери, которая на него никак не реагировала, от слова совсем. Мои детские воспоминания смутны и полны противоречивых фрагментов. Например, я помню и другую сторону этой привязанности. Перекошенное от гнева лицо владыки и его ярость, направленная на меня и мою мать – это слишком отчетливо впечаталось в мою память."
"После памятного события разделившего мою душу пополам и смерти мамы, владыка, казалось, потерял всякий интерес ко мне и моей судьбе.
Вот только он по-прежнему считается моим главным опекуном и покровителем, а его сестра продолжает содержать меня и растить, как свою якобы племянницу, в своем дальнем поместье. Сам владыка больше ни разу не осчастливил меня своим визитом, что скорее хорошо, чем плохо. Потому что я прекрасно осознаю все риски внимания со стороны венценосной особы. Моя мать уже поплатилась за это. Не хочу оказаться на ее месте.
Значит, план мой тогда до безобразия прост и понятен.
Сижу в поместье тихонько, расту, учусь, узнаю мир и никуда отсюда до совершеннолетия своего нового тела не высовываюсь. Это же прекрасно, что я пока считаюсь маленькой соплюхой, которую нужно во всем еще опекать и обеспечивать. У меня будет время освоиться и постепенно адаптироваться в этом мире. От меня не ждут никакого подвоха и будут и дальше кормить и учить за счет высокого покровителя, который, похоже, забыл про меня.
Слабым местом моего плана был Таль.
Он в принципе был моим слабым местом. Но вот как быть с нашей договоренностью и моим, теперь видимо, постоянным обликом. Что же теперь и ему придется ждать, когда я повзрослею, чтобы продолжить наши отношения? А согласится ли он на это? Как-то мысли, что мы можем так и не встретиться больше, в моей голове даже не мелькнуло. Я сумела себя убедить, и теперь твердо была уверена, что эта встреча рано или поздно состоится. Не тот характер у моего эльфа, чтобы отступить перед такого рода трудностями.
Сумели же мы сохранить и развить наши чувства, когда нас разделяли куда большие препятствия. Сумел же он найти и почти воплотить механизм переноса моей души в его мир. Значит, придумает, как быть и в этом случае. Я в него верю и верю в нашу незримую связь. Мы обязательно опять притянемся друг к другу, несмотря ни на какое расстояние между нами. А сейчас оно просто обязано быть меньше, потому что я в его системе координат. Тут даже время течет одинаково.
