А вообще… чем она думала, вызывая на поединок первокурсницу? С чего Селена взяла, что я могу ударить магией? Да, огневики в курсе, что умею призывать пульсары – мое «выступление» на первом практическом занятии по медитации не секрет. Вот только делиться подобной информацией с другими факультетами тут не принято.
Впрочем, кто-то вполне мог проболтаться. Плюс о моих успехах могли доложить Дербишу как представителю Совета Магов, а он уже Селену оповестил.
Или же воздушница вообще не в курсе? Или она просто надеется на мою самоуверенность и безголовость? Мол, приду и буду пробовать на месте?
– Да-аш, – вырвал из раздумий напряженный голос Зябы.
Судя по мрачной физиономии, призрак по-прежнему не одобрял и намеревался отговаривать дальше. – Даш, я знаю, что такое гордость и чувство собственного достоинства, но на дуэль не пущу.
– И я не пущу! – встрял Кузьма.
Я тут же перевела взгляд на «котика», а тот поднялся на все четыре лапки, шагнул вперед и нервно дернул хвостом.
Он был таким маленьким, лопоухим и трогательным, вот только… Только улыбнуться не захотелось.
При взгляде на твира в памяти всплыл один не слишком приятный эпизод – моя попытка помчаться к раненому Касту. Тогда это бордовое чудо действительно не пустило, приняв боевую форму и едва не покусав хозяйку.
И пусть зла за тот случай я не держала, но…
– Второго раза я тебе не прощу, – сказала тихо.
Пояснений не потребовалось, Кузьма и без этого все понял.
И сразу погрустнел, и уши-локаторы повесил.
Я же вздохнула поглубже и задала вопрос, который интересовал давно, но постоянно вылетал из головы.
– Кузь, а скажи… почему ты против меня боевую форму применял, а на парней и Глуна только рычал и ругался?
Прежде чем ответить, «котик» посмотрел очень жалобно, словно извиняясь.
– Они не представля-яли опасности, – сообщил твир пискляво. – Никогда-а.
Я искренне опешила, переспросила:
– Извини, что ты сказал?
– Они не были для тебя-я опа-асны, – повторил Кузя, прижимая ушки.
– Никогда-а.
– А случай с моим истощением? – напомнила я хмуро. – Когда Каст спать укладывал, а потом еще хлеба тебе приносил? Ведь в тот раз ты боевую форму все-таки принял.
– Я тогда-а испугался, – пояснил твир. – И перепута-ал.
Пару минут я стояла в растерянности и понятия не имела, как на это все реагировать.
