От резкой остановки «джип», пойдя боком, чуть не перевернулся. Сашу сначала кинуло вперед, затем назад. Девчонка с козой на поводке со жгучим интересом смотрела на все это.
— Где Первомайская улица? — спросил Саша.
— Сначала все время по Советской, — девчонка указала направление, — проедете, значит, Кооперативную. А вы к кому на Первомайскую-то?
— К бабушке! — заорал Саша. — Какая по счету Первомайская?
Девчонка в уме подсчитала.
— Так, четвертая, наверное.
«Джип» уже несся по Советской. А потом, резко повернув, по Первомайской.
Издали увидев крайний дом, Саша вел машину к нему. Не снижая скорости, «джип» вышиб ворота и, в последний раз взревев, замер посреди двора рядом с милой клумбой, на которой росли анютины глазки. Саша рывком открыл дверцу и, сгруппировавшись, вывалился из автомобиля. Щелкнул выстрел. Саша был уже в безопасности: закрытый «джипом», он сидел на земле, привалясь плечом к колесу.
— Слава богу, дома! — крикнул он во всю глотку. — Боялся не застать!
— Ты один? — поинтересовались из дома.
— Как видишь, — ответил Саша и стремительным броском достиг березы, стоявшей у забора. Выстрел опять опоздал.
— Ты в половине, и я ухожу, — предложили из дома.
— А что в моей половине?
— Посмотри, — ответили ему, и брошенный из окна на двор глухо бухнулся круглый саквояж. Саша с отвращением смотрел на его кожаные бока. Спросил отрешенно:
— Вот за это ты людей убивал?
— Ты посмотри, посмотри, что там!
— Что ж, посмотрим, — пообещал Саша и тут же сделал новый бросок от дерева к поленнице, на ходу подхватив саквояж.
На этот раз было два выстрела.
— Портач, — сказал Саша из-за поленницы. — Обойма-то небось единственная?
— Тебе одной пули хватит.
— Ты уже четыре выпустил. — Саша попробовал саквояж на вес. — Тяжелый майдан-то!
— Рыжье и булыжники. Так я пойду?
— Пойдешь со временем. В браслетах.
— Их надеть на меня сначала надо.
— Вот об этом не беспокойся. Наденут, — успокоил Саша.
И опять перебежал к березе. И снова выстрел.
— Ты для чего бегаешь? — раздраженно спросили из дома.
— Чтобы ты стрелял. Приедут дяди в синих фуражках, а тебе их и встретить нечем. И мне спокойнее, и им хлопот меньше. Но учти, если в течение десяти минут они не появятся, то я убью тебя.
— Или я тебя. Я таких фрайеров не один десяток завалил. А нынче я — духовой. Мне терять нечего."
"— Не выйдет. Со мной воевать надо. А ты только из-за угла убивать можешь. Бойся меня, мразь, и не надейся уйти отсюда живым.
