— Язычок у вас, товарищ капитан! Несчастный случай в сороковом году. Лопнул трос на лесоповале.
— В исправительно-трудовой колонии где-нибудь на далеком Севере нашей необъятной родины? — Саше нравилось уточнять.
— Именно, — подтвердил Коммерция. — В Кировской области.
Не торопясь Саша расстегнул кителек, снял его, взял из рук застывшего вдруг Коммерции пиджак. А Коммерция и Пушок смотрели на рукоять парабеллума, торчавшую из-под бриджей, смотрели пристально и обреченно. Саша влез в пиджак. Пиджак сидел как влитой.
— Как? — спросил Саша у Алика.
— Хороший пиджак, — серьезно ответил Алик. Саша снял пиджак, поправил парабеллум, надел китель, четко застегнулся.
— Ну что, купцы? Называйте цену. За все. С чемоданом.
— Для героя войны цена будет весьма в весьма умеренной, — заявил Коммерция.
— И правильно, мо́лодцы, — поощрил купцов в этом намеренье Саша и, угрожающе похлопав через китель по невидимому пистолету, добавил: — Учитесь торговать.
У себя в комнате под насмешливым взглядом Алика Саша ловко и с видимым удовольствием переоделся и, посмотрев на себя в зеркало, сообщил своему отражению весьма конфиденциально:
— Ну, сукины дети, я до вас еще доберусь.
— Нет, такого красавца в дому держать никак нельзя. Его народу показывать надо, — иронично решил сидевший на подоконнике Алик. Отметая иронию, Саша с энтузиазмом принял предложение.
— Именно, мой юный друг! Пойдем гулять. На минутку в Отцовский заскочим, а потом в центр."
"Они шли по Красноармейской — элегантный молодой человек спортивного типа и его юный друг, одетый значительно скромнее.
Свернули в тихий, уже заросший молодой яркой травой Отцовский.
У дома номер семь Саша картинно, как и требовало новое одеяние, облокотившись о палисад, обратился к женщине, которая энергично работала лопатой — вскапывала огород.
— Можно вас спросить, мамаша?
Женщина разогнулась и оказалась яркой молодицей.
— Что тебе, сынок?
— Извини, сестренка, — вальяжный стиль роскошного молодого человека был сбит одним ударом, и потому он говорил уже просительно.
— Тут старичок проживает, Михаил Семенович. Можно его повидать?
— Семеныча-то? Да навряд ли. Уехал он.
— А мы с ним договорились… Когда же это он?
— Ни свет ни заря. Меня разбудил, говорит: «К снохе поеду в Ногинск. На огороде помочь просит». Через десять дней обещал быть.
— Жаль. Он мне позарез нужен.
— А я заменить его не могу? — игриво спросила молодица.
