Если только… Ну точно! Ведь у Антона была сестра, как я могла забыть?! Выходит, они родственники… Вот это новости. Надо же было случиться такому совпадению.
– Спасибо, Юль! – произнесла бодро Надя и тепло улыбнулась. Точно так же улыбался и Антон время от времени. Они в самом деле безумно похожи. Разрез глаз, форма губ, даже цвет волос.
– Да ерунда, – отмахнулась я.
– И ты, Юль, тоже должна уважать себя! – выдала неожиданно Надя. – Тот парень, который стыдится такой классной девчонки, как ты, просто дебил! Пускай катится лесом.
Тьфу на него!
Девчонка плюнула на асфальт и потопталась сверху своей дорогой туфелькой. Я тайком взглянула на Антона, чтобы увидеть его реакцию на слова сестры. Лицо парня стало пунцовым, а губы он поджал, словно хотел выругаться, но не решился. Мне внезапно сделалось смешно, и я, не скрывая эмоций, выдала негромкий смешок.
– Обязательно, – кивнула я в ответ на совет Нади. Знала бы девушка, что речь шла про ее брата. Интересно, она и в этом случае дала бы мне такой же совет? – Ну, мне пора.
Спишемся, ладно?
– Конечно! – радостно воскликнула девчонка.
Я развернулась и пошла вдоль тропинки.
– Снегирева! – прилетело в спину, но я не оглянулась, лишь махнула рукой, выражая жестом «до свидания».
Глава 13
Антон
Отец, конечно, сильно ругался на Антона, громко, даже местами нецензурно. Пару раз тяжело вздохнул, провел пальцами по переносице, но в итоге одобрительно кивнул, когда узнал, что сын вступился за сестру. Правда, подробностями конфликта Надя делиться отказалась.
"
"Грановские приехали через час. Раздраженные, с хмурыми лицами. Главы семейств отошли в сторону, обсудили все и решили полиции выложить достаточно сухую версию, которая не понравилась ни Антону, ни его отцу. Однако это позволяло минимизировать репутационные риски. Старший Грановский пообещал, что его сынок больше не приблизится к дочери Леваковых, и на этом они разошлись.
Под вечер Костя пришел в себя. Выглядел мальчишка не очень, однако настроение у него было хорошее.
Скорее всего, потому, что Надя сидела рядом и ухаживала, словно влюбленная девушка.
И вроде можно было выдохнуть, но Леваков все равно злился. Его каждый раз передергивало, стоило только вспомнить слезы сестры и разбитую губу Юльки. Хотелось влететь коршуном в палату к Грановскому и еще разок проехаться по его физиономии словно катком, да так, чтобы на всю жизнь забыл, как девушек обижать. Отец, видя состояние сына, практически силой выпроводил его из больницы.
