Словно раненые звери, которым остались последние минуты жизни, оба стояли, не шевелясь. Закрыв глаза. Молча.
***
Исколесив весь город вдоль и поперек, Олег вернулся домой, когда стемнело. Бензин в баке был на нуле. Как и его старый форд, водитель тоже чувствовал себя опустошенным. На душе было гадко. Хотелось напиться и упасть на кровать в полной отключке. Мозги работал как машина: то разгоняясь, толкая на совершенно безумные поступки, то тормозя, эмоциями вышибая мысли вон. Такое с ним было впервые. Хладнокровие скорым поездом летело в тартарары.
Даже собственная квартира показалась тюрьмой. Душила.
Походив полчаса из угла в угол, Олег не выдержал. Собрал в сумку все необходимые вещи и заказал такси до аэропорта.
***
Успокоительное подействовало на Виктора не сразу. Кардиолог Анатолий Борисович лично проконтролировал, чтобы пациент уснул и лишь после того вышел из палаты. Заждавшись, Аля сразу же бросилась к нему.
- Доктор, как он?
- К счастью, сейчас уже нормально.
- Я так испугалась! - она прижала ладонь к губам.
- Если бы что-то случилось, я не простила бы себе.
Врач вопросительно на нее посмотрел, но переубеждать не стал.
- Постарайтесь, чтобы эти двое больше не виделись. До операции три дня, а стрессы не прибавляют шансов на успех.
- Конечно. Я постараюсь... - запнулась, заметив суровый взгляд кардиолога. - Они больше не увидятся. Обещаю.
- Хорошо. Вы меня правильно поняли.
Он снял очки и потер глаза. День для всех выдался трудным.
- Это было какое-то безумие. - Аля опустилась на лавку.
- Доктор, я не хотела...
- Будем считать, что инцидент исчерпан, - прервал ее оправдательную речь Анатолий Борисович. - Отчасти Витя сам виноват. Ему еще учиться и учиться беречь себя.
- С этим будет сложно.
- Еще бы! Но рядом с такой очаровательной невестой он справится.
Аля зажмурилась.
- Так, - врач глянул на свои часы. - У меня еще много работы. Идите домой, отдохните. Обещаю, до утра с Витей ничего не случится. Будет спать сном младенца.
***
Скоро должно было прибыть такси.
Забросив сумку на плечо, Олег ждал машину у подъезда. Можно было не спешить так, дождаться звонка от водителя в квартире, но его тянуло прочь из дома. Подальше из города, в другую страну – куда угодно, лишь бы двигаться, не останавливаясь. Промедление грозило накрыть тоской, как девятым валом.
На улице было сыро и зябко. Затянутое тучами небо хмуро высилось над головой, а ветер упрямо пытался сорвать с головы бейсболку. Питерская погода была в своем репертуаре.
