Артефакты мерно шумели, трудясь над новыми зельями, а я задумчиво смотрела в потолок и била себя пальцем по губам. Вот интересно, если тут все — потенциальные драконы, смогу ли я, если очень захочу и приложу усилия, стать летающей ящерицей? Каково это — стать огромной, как самолет, и взлететь высоко в небо? Пожалуй, я бы хотела испытать это.
Но это всё, конечно, лирика, а меня ждал взволнованный персонал. Я поспешила вниз, чтобы всех успокоить.
— Доброго вечера, княжна Элиса. Я жена кузнеца — Луяна, — поздоровалась со мной приятная молодая женщина с крепкой, даже можно сказать, рельефной фигурой и богатырским ростом.
Я уважительно посмотрела на нее.
— Добрый вечер, Луяна. Ты прекрасно выглядишь! Скажи, как тебе удается поддерживать такую форму?
— Я много лет входила в команду многоборцев Гористого удела. Вы разве забыли? Мы ведь три года подряд занимали первое место в имперских соревнованиях.
Я засветилась, как лампочка, и еле удержалась, чтобы Луяну на расцеловать. Да ты же моя лапочка!
— Прости, совсем замоталась.
Конечно, я помню и горжусь! — соврала с теплой улыбкой. — А ещё я бесконечно рада, что ты у меня есть! Назначаю тебя главным тренером ласточек. С завтрашнего дня начнешь проходить стажировку, потом будешь проводить занятия со всеми клиентками. Деньгами не обделю!
Жена кузнеца отказываться и не подумала. И благодаря ее появлению собрание прошло быстро и безболезненно. Я собиралась кого-то из бывших горничных тренером назначать, чтобы освободить себе время, а тут мне такой подарок судьбы в руки свалился!
В общем, спать я пошла в прекрасном настроении.
Несмотря на все сюрпризы этого дня, заканчивался он неплохо. И ночь я провела чудесную — снилось, что я летаю и извергаю из пасти розы.
А вот утро не задалось.
Сразу после завтрака явились драконы, и главный из них был зол. Судя по тому, как он сжимал в руке газету, реклама «Летящей ласточки» удалась.
Глава 17
Темерант
— Ну так вот, за семь лет, прошедших с момента трагедии, ранее просто нелюдимая угрюмая княжна Элиса превратилась в настоящую опустившуюся затворницу.
В Саросе ни она, ни сестра не появлялись и о себе напоминали, только когда их слуги приходили на рынок распродавать вещи из поместья. Их брошенные на произвол судьбы крестьяне выживали как могли. Многие сбежали на заработки в другие владения и уделы, — рассказывал Даркморт всё, что узнал от местных, а я задумчиво слушал и всё сильнее убеждался в своей правоте. — И вот в один прекрасный день всё меняется.