Расстояние в два шага, которое я между нами оставила, как нельзя лучше защищает от любых его эмоций.
— Ты не выставила никаких требований, — говорит он, продолжая смотреть на свои ботинки. — Чего ты хочешь? Половину имущества или?..
— Ничего, — перебиваю я. — Мне ничего от тебя не нужно.
— Карина.
— Только то, что положено Сабине. А это… на твое усмотрение.
Я уверена, что нашу дочь он не сможет хоть в чем-то ущемить. Кого угодно в этой жизни, но не ее.
В его глазах раздражение и немного злости, когда он на меня смотрит.
"
"— Ты была моей женой семь лет. Любой адвокат скажет, что ты можешь претендовать на что угодно.
На что угодно, кроме его бизнеса. Основная доля оформлена на родителей, и так было всегда. А недвижимость или машины — это не то, чем Вадим Балашов действительно дорожит.
— Судебные тяжбы меня не интересуют. Мне отлично известно, как сильно они портят жизнь.
— Я дам тебе время, — говорит он. — И мы вернемся к этому вопросу снова.
Привычка никогда и ни о чем с ним не спорить отточена у меня годами.
Сейчас я тоже не пререкаюсь, но мое молчание означает лишь одно — я сделаю по-своему. Он читает это в моих глаза, когда встает.
Сократив разделяющее нас расстояние, Вадим обхватывает ладонью мое плечо и прижимается губами ко лбу, пробормотав:
— Скажи Сабине, что я заеду завтра вечером.
Обойдя меня, он идет в противоположную сторону от входа в подъезд дома своих родителей, то есть возвращаться в квартиру не собирается.
Повернув голову, я провожаю его взглядом, чувствуя, как в горле поднимается знакомый гребаный ком.
Глава 15
Переезд Сабины в дом моих родителей не был сюрпризом для Балашовых-старших. Я предупредила их заранее, и это процедура, через которую мы проходили множество раз, но именно сегодня в их квартире будто натянули невидимую струну. Она колышет воздух особыми волнами, которые я игнорирую.
Напряженные взгляды.
Натянутые улыбки.
Повисшие в воздухе вопросы.
Из всего этого я заключаю, что истинное положение дел в этом доме больше не секрет. Но родители Вадима, как и сама я совсем недавно, не торопятся обличать это положение дел в слова. Словно, как и я, оттягивают момент. Возможно, в надежде, что все каким-то образом рассосется. Исправится. И это чертово счастье, что подобное малодушие сама я уже оставила в прошлом, пусть всего какую-то неделю назад.
— Вот, — суетливо говорит свекровь.
