Туда, где находился единственный стратегически важный объект в этой местности — дворец президента Борсханы.
— Слышь, командир, крючок не отцепляется, — с досадой сказал Хвост.
— Брось его, — приказал Волк. Он думал о более важных вещах.
* * *Постепенно джунгли редели, светлели и становились все более обитаемыми. Первый сигнал прозвучал довольно громко и угрожающе: чуть было не погиб заместитель командира.
Группа двигалась по удачно совпадающей с маршрутом звериной тропе. Узкая, еле заметная глазу дорожка, утоптанная за многие годы тысячами лап и копыт, казалась здесь комфортным асфальтовым шоссе.
Первыми шли Француз и Птах. За ними Рысь и Плуг. Под ноги Рыси выскочила крупная, изумрудно-зеленая ящерица. То ли от неожиданности, то ли пожалев живое украшение леса, но он ступил на двадцать сантиметров правее и потерял точку опоры. Прокушенный змеей натовский ботинок неожиданно провалился сквозь пальмовые листья и прелую листву, Рысь потерял равновесие, взмахнул руками, вскрикнул и в следующую секунду провалился бы в черное нутро хитро замаскированной ловушки.
Плуг успел намертво вцепиться в его жилет-разгрузку, не удержал, упал сам, но рук не разжал. Подоспевшие Качок и Гид выдернули Рысь, который висел над двухметровой ямой, в дно которой были набиты длинные острые колья.
— Твою мать! — выругался обычно сдержанный замкомгруппы. — Чуть не попал к кому-то на шашлык!
— Ну-ка, Француз, на кого капкан? — настороженно спросил Волк.
Легионер заглянул вниз.
"
"— Охотничья яма, — не задумываясь, ответил он. — На кабана, на бородавочника…
— Точно?
— Сто процентов, — уверенно подтвердил Француз. — На человека могут самострел установить или падающее дерево, да и еще есть способы…
— Спасибо, успокоил, — проворчал Волк. — Не в лоб, так по лбу… Значит, можно на охотников наткнуться? С чем они тут охотятся? С отравленными стрелами?
Француз покачал головой.
— Местные жители народ мирный, нападать не станут, особенно на вооруженных людей.
Если, конечно, их не обидеть. Иначе действительно отравленные стрелы в ход пойдут.
Волк вздохнул.
— Тогда быстро восстанавливаем все, как было, и уходим! Еще стрел нам не хватало!
Вторым сигналом обитаемости джунглей стали отпечатки босых ног у затерянного в зарослях родника.
— Аборигены! — выдохнул Зуб.
— Какой догадливый! — сказал Птах, настороженно осматриваясь. Похоже, он верил в миролюбие местных жителей гораздо меньше, чем его товарищ.
