Когда-то для моего отца, да и для других русских немцев оно было символом жизненного успеха. Выпить «Баварского» означало достичь высшей ступени жизненного успеха. Потому что в СССР такого не было, и отведать его можно было, только выехав в Германию. А это для многих и означало высший жизненный успех. Теперь же оно продается в каждом ларьке, а потому утратило значение символа. Обычное пиво, каких много.
Они сели за столик. Официант зажег свечи и принес толстые книги в кожаных переплетах.
— Это меню? — удивилась Софья.
Волк важно кивнул, хотя тоже видел такое толстое меню впервые в жизни. Софья выбрала рыбу и белое вино, Волк к ней присоединился. Официант уточнил:
— Дорада на гриле и мозельское?
— Конечно, — кивнул Волк.
Разговор не клеился, и они сидели молча, вяло перебрасываясь необязательными словами. Софья рассказала, что генерал Чучканов опять в командировке, а Волк сообщил, что бросил работу.
Наконец принесли аппетитно зарумяненную рыбу и вино в вытянутой бутылке.
Официант наполнил бокалы. Свет свечи подчеркивал золотистый цвет напитка."
"— За что выпьем? — спросила Софья, поднимая свой бокал и рассматривая его на фоне пляшущего желтого огонька. — За твой успех? Догадываюсь, что тебе все удалось.
— Давай, — согласился Волк. — Давай сначала за мой успех. А потом выпьем за то, что мне удалось выжить, несмотря на предательство друзей.
— Такая у тебя, наверное, профессия, — неожиданно согласилась Софья, сделав пару глотков вина.
Волк не понял: то ли Софья так цинично признается в своем предательстве, то ли просто философствует о превратностях судьбы наемника. Но уточнять не стал. В середине застолья не время выяснять отношения. Вначале следует завершить трапезу. Хотя итальянские мафиози убивают свою жертву именно в разгар обеда: у них считается, что лишение жизни в момент удовольствия причиняет особые мучения. Однако, хотя Волку и приходилось убивать людей, он не был итальянцем, не был мафиози и не собирался убивать Софью.
На десерт с помощью официанта Волк заказал вишневые штрудели с лимонным сорбетом и сладкое десертное «ледяное вино».
— Теперь выпьем за чудесное спасение, когда киллер ждал меня в подъезде, — поднял бокал Владимир. — За то, что ему не удалось меня убить.
— Как убить? — встрепенулась Софья.
— Вот так, — ответил Волк и, изобразив двумя пальцами пистолет, прицелился Софье в лоб.
