– Я забыла совсем, да. Может, ну его?
– Ты что? Не хочу остаться в долгу. Я без тебя со всеми этими налоговыми вычетами в жизни бы не разобралась. А так, считай, денежки на кармане.
– Да пустяки. Дел на полчаса.
– Судя по одежде, которую я на тебе видела, мы тоже быстро управимся. Сожжем ее, и все дела. Когда там Масленица?
– А что? – удивляюсь я такой резкой смене темы.
– Зачетный выйдет костер.
Настя мнит себя стилистом. Ну не знаю. Сама она одевается так, что я не очень стала бы доверять ее вкусу.
– Нормальные у меня вещи, – обижаюсь, – дорогие!
– Посмотрим, – угрожает Настя. – Ставь чайник. Я не успела даже кофе выпить. Не знаешь, какого хрена я тебе на такую рань назначила?
– Так, может, ну его? – опять предлагаю я. – Ходила же я как-то в своем.
– В том-то и дело, что как-то. – Настя закатывает глаза и весьма бесцеремонно заваливается в мою спальню. Распахивает дверцы шкафа. Вываливает на кровать содержимое, не потрудившись снять его с вешалок. Оживляется у ящика с бельем.
Надеюсь, я не покраснела. Не пристало такой взрослой тетеньке, как я, стесняться писюхи двадцати лет от роду.
– А ты, Нинок, не безнадежна!
– Спасибо, – закатываю глаза. – Пойду, хоть умоюсь.
– И кофе сварить не забудь! Голова ни черта не соображает. А тут такая нелегкая, блин, работа.
– … из болота тащить бегемота.
– Что ты сказала?
– Это не я. Это Чуковский, – кричу уже из ванной.
– Мужик твой, что ли? Ну и фамилия.
На языке крутится «Что за молодежь пошла?! Чуковского не знают!».
Посмеиваясь над своими старушечьими закидонами, выдавливаю пасту на электрическую щетку. Интересно, что дальше? Стану в церковь ходить? Разведу на окне рассаду?
Полощу рот, умываюсь. Из зеркала на меня смотрит зеленоглазая длинноволосая женщина. Если мне что-то в себе и нравится, то это глаза и волосы с легкой рыжинкой. И то, и другое, кстати, досталось мне не от матери. От той у меня только комплексы. Снимаю бесформенную ночную сорочку.
Надеваю миленький домашний костюм. Варю кофе и возвращаюсь в спальню с двумя полными чашками.
– Короче. Это годится, – тычет Настя пальцем в одну кучу. – Это – сжечь и забыть. – Забирает из моих рук чашку. Садится поверх шмотья на растопку. – Сейчас еще глянем обувь. И поедем в магаз кой-чего прикупить. Потом я тебе покажу, что и с чем можно миксовать. Сделаю фото, чтобы ты не запуталась. – Надувает пузырь, тот лопается с веселым хлопком.
