С каждым толчком казалось еще чуть-чуть, и она взорвется, но что-то останавливало ее почти на грани, и когда силы ее были уже на исходе, зверь ворвался в нее мощным ударом и выплеснул семя в ее матку, раздуваясь в ней. Фейерверк взорвался внутри нее, и сильный оргазм накрыл тело, пронизывая сердце и душу. Соня вновь стала биться в конвульсиях от удовольствия, полностью упав на траву вместе с ним, до сих пор чувствуя, как его семя течет в нее. Темнота накрыла ее, и Соня провались в ее глубину.
Дрэйк приземлился рядом с ней, повернув ее, все еще прижатую к нему, на бок.
Он был заперт в ней, и это доказывало что она его истинная пара. Оборотни раздувались только находясь в своей паре. Это происходило, что бы семя точно пустило свои корни, и самка понесла потомство. Он мог оставаться в ней около часа, поэтому перевернул ее, заставляя застонать и содрогнуться, и положил на себя. Волк в нем был невероятно горд собой, и он завыл снова. Удовлетворив свои первичные инстинкт, разум Дрэйка немного прояснился, и ужас понимания накрыл его.
Проклятие, она же человек! Он соединился с человеческой женщиной. Черт возьми, он ошибся, она не могла быть его истинной парой. В ту же секунду волк внутри него снова вырвался. Дрэйк зарычал и сжал ее своих руках. Моя! Моя! Моя! То ли он, то ли волк, или же вместе зарычали они. Он даже не знал имени этой женщины, и то как она попала сюда. Но он не мог ошибиться, все в нем кричало, что она принадлежит ему. И то, что он все еще был раздут и извергался в нее, доказывало это.
Он понимал, что теперь не отпустит ее и думал как объяснить ей это.
Хотя она все видела собственными глазами. Теперь главное для нее будет принять, и свыкнуться с мыслью, что ее прежняя жизнь закончилась. И он не потерпит возражений, если она будет сопротивляться, то он заставит ее. Соединяясь, волки уже не могли быть вдали от своей пары. Приняв решение, он немного успокоился, когда новое озарение ворвалось в его мозг. Он вспомнил, как ворвался в нее и прошел сквозь преграду. Его глаза округлились от удивления.
Она была девственницей. Волк еще с большой гордостью и удовольствием зарычал. Моя! Только моя.
Пролежав на траве около часа, он нежно гладил ее своими большими руками, стараясь не задеть ее нежную плоть своими острыми когтями. Дрэйк почувствовал, как член стал уменьшаться и захват ушел. Его довольный волк тоже отступил, и он вернулся к человеческой форме. Аккуратно взяв ее обессиленное тело на руки, он пошел к своему дому, бережно неся драгоценную ношу.
