Он оторвал ее руки и сильно раздвинул ноги.
- Не выводи волка, Соня, а то потом тебе придется столкнуться с последствиями, к которым ты не готова. - Все еще рыча, сказал он, видя, как страх вновь появился в глубине ее глаз. - Моя слюна это самая лучшая мазь против твоего воспаления, а ты сильно воспалена, ведь я грубо порвал твою девственную преграду, и сильно растянул твои внутренние мышцы. А слюна имеет заживляющие свойства, поэтому волки облизывают свои раны, что бы они быстрее зажили. И если я не полечу тебя сейчас, то ночью тебе будет больно, когда я войду в тебя своим огромным членом.
- Но я же не оборотень, она не подействует. - промямлила Соня, хватаясь за последнею надежду избежать этого.
- Ты не слушала меня Соня, - оскалился он. - Ты должна внимательно слушать все, что я тебе говорю. Я в твоей крови и это позволяет не только моей слюне подействовать на тебя. Ты теперь вся принадлежишь мне, моя пара, моя сука, моя самка, и моя жена для всего мира оборотней.
Твердо проговорив это, он вновь опустил голову к ее лону, и стал облизывать его.
Его язык отличался от человеческого, ведь волк уже был близко под его кожей. Он был шероховатый и длинный, и Соне ощущалось, что это и вправду волк лизал ее там. Соки покрыли стенки ее лона. Это было фантастическое ощущение, и страхи вновь отступили под его напором. Тогда она почувствовала, как его язык стал проникать внутрь, задевая ее воспаленные стенки. Соня стала дергаться от неприятного чувства, перемешанного с огнем, когда его язык, имитируя член, входил и выходил с нее.
Понемногу она стала ощущать, как раздражение уменьшалось, и покалывание отступало с последующим вхождением его языка, а лава, собравшаяся в матке, готовилась выплеснуться наружу."
"Его поворотливый язык стал набирать темп, ударяя по стенкам ее лона, тогда его пальцы сжали ее клитор, то потягивая с силой, то отпуская поглаживая. Она не могла больше этого выносить, и когда Дрэйк снова резко вошел в нее языком, в этот момент сильно потянув клитор, огонь в ее крови взорвался диким удовольствием, и Соня забилась в конвульсиях оргазма, ловя ртом воздух, оторвавшись от мира.
Дрэйк стал поглощать ее оргазм, втягивая в себя, ее сводящие с ума, соки. Она была прекрасна, божественна. Он наслаждался чувством ее на своих губах, на своем языке. Этот вкус был как самый изысканный деликатес. Его член болел, став до невозможности твердым и все же он ждал луну.
