– Соперники меня не страшат, потому что Кавингтонов, когда они видят цель, уже невозможно остановить. Мы упрямы настолько, что отвернуть нас от выбранного пути можно, если только нас убив. Поэтому я буду рад, если вы оставите мне на завтрашнем балу хотя бы один танец. Или лучше два, Мира! Но если вы расщедритесь на целых три…
– Если я отдам вам три моих танца, то весь Ровердорм поймет, что это не просто мимолетное увлечение с вашей стороны. И обязательно пойдут слухи!
– Именно этого я и добиваюсь, – кивнул он.
– Чтобы вы и остальные поняли, что с моей стороны это увлечение на всю оставшуюся жизнь. А слухам мы положим конец в день нашей свадьбы.
Затем он поцеловал мне руку и попрощался до завтрашнего вечера, напомнив еще раз, что я пообещала ему целых три танца на Летнем Балу. Ушел, а я долго смотрела ему вслед, пытаясь вспомнить, было ли такое или нет.
Разве я ему что-то пообещала?
Наконец, побрела на другую сторону пруда, где на разноцветном пледе расположились Лиззи и Илейн.
Если Илейн была и влюблена в Тайлора Бартона, то кузине удалось справиться со своими чувствами, потому что она поприветствовала меня совершенно искренне.
– Лиззи заговорила! – произнесла кузина с восторгом. – Это же настоящее чудо!
Сестра покивала с важным видом, и я тоже согласилась, что Лиззи у нас настоящее чудо.
– Смотри, Мира! – заявила мне сестра, и слова у нее складывались совершенно уверенно. – Илейн, покажи ей!
На это кузина с готовностью подняла руку.
Оказалось, на ее ладони сидела… жаба. Большая, зеленая и пупырчатая, исконная обитательница Лягушачьего Пруда. Недовольная тем, что ее из этого самого пруда вытащили.
– Не такая уж она и отвратительная, – пожала плечами Илейн. – Не понимаю, почему я так сильно их боялась.
– Это я научила ее не бояться, – с важным видом произнесла Лиззи.
Тут жаба спрыгнула с руки Илейн, приземлившись на подол ее платья. Квакнула, после чего неторопливо двинулась в сторону пруда, а Илейн заливисто рассмеялась.
Глава 29
На Летний Бал отправились почти все обитатели «Поющей Ивы».
Уилсоны, правда, отбыли туда первыми. Уехали всей семьей в своей карете, хотя я настоятельно рекомендовала тете Азалии все же остаться дома, потому что ее здоровье и нервное состояние оставляли желать лучшего.
Утром она чувствовала себя более-менее – мы даже вместе позавтракали, собравшись в большой столовой.
Правда, трапеза прошла в гробовом молчании.
