Но у главного заместителя Вячеслава, видимо, было много других дел и он редко появлялся в коридоре.
За последнее время, она видела его всего три раза и он, особо не обращал на нее, никакого внимания. Этот факт радовал несчастную работницу, потому что Павел мог навредить ее здоровью и нанести какой-нибудь вред ее ребенку. От этого человека можно было ждать, что угодно. Он мог даже ударить в живот, зная, что он беременна.
Несколько раз она видела в коридоре Гнома, но он, каждый раз, проходил мимо, делая вид, что не замечает ее.
“Вот гад, продал меня без зазрения совести, и живет спокойно! Как он, после этого, смеет еще спокойно спать! Хотя… все в итоге хорошо закончилось, я с Вячеславом и мы с ним счастливы… В какой-то мере, Гном оказал даже услугу, выдав мое местоположение”
За день Ангелина успевала несколько раз удовлетворить своего босса и, все остальное время, старалась уйти от рабочей рутины, просматривая сериалы, когда его не было в офисе, и читая книги, когда он был рядом.
Вячеслав кое-как разгребал свои завалы и был иногда, довольно злой и нервный.
Тогда он просто отдавал ключи и Ангелина ехала домой одна. Вся ее жизнь превратилась в ожидание пятниц, как и для Вячеслава.
Иногда они просто лежали вместе, обнявшись, и вспоминали их эротические игры втроем. Представляли, что Майя сейчас войдет в эту комнату и они смогут неплохо порезвиться. Ангелине иногда было очень стыдно, что она ревновала их мужчину к своей подруге, в конце концов, Майя не виновата, что полюбила его и не виновата, что встретила его гораздо позже.
Так получилось, что они все любят друг друга и им нужно сделать все возможное, чтобы быть вместе.
– Я не знаю, что мне делать, – признался Вячеслав, – просто не знаю… По правилам клуба, я не могу вывести оттуда их собственность… Там даже жидкости запрещено выносить, не то что людей. Наш с тобой друг не планирует нам помогать, это я уже понял… Что нам теперь делать, я ума не приложу…
Ангелина слушала его и наслаждалась его голосом. Она, конечно, переживала за подругу, но эти драгоценные моменты, были для нее волшебными: когда он с ней говорил, как с личностью, как с живым человеком, а не игрушкой.
Когда он не пытался ее использовать в личных целях, в эти моменты она чувствовала его любовь и их глубокую близость.
Дома он ее, иногда, порол ремнем, несколько раз трахал в рот с расширителем и пару раз ставил зажимы для сосков, но каждый раз, заставлял ее улетать от блаженства, благодаря своему сильному мужскому достоинству.
