– Может быть, господин хочет, чтобы я сделала массаж?
– Было бы неплохо, – согласился мужчина и лег на живот.
Нежные руки Майи забегали по его телу и через несколько минут, он снова уснул, пуская слюни в подушку. Он снова был в красной комнате и перед ним снова стояла связанная Ангелина. Он ощутил, как его член начинает подниматься, но он знает, что они только начали играть и еще не время заканчивать.
Он бьет ее ремнем, наслаждаясь ее криками. Ее боль доставляет ему неземное блаженство, словно помогает ему искупить какую-то непонятную вину.
Он продолжает бить ее, заставляя кожу краснеть и покрываться волдырями.
Внезапно, Ангелина подняла на него свои глаза и перед ним снова материализовалась его мать. Вячеслав нервно отбросил ремень и посмотрел на свой торчащий член. Жалобный взгляд матери был полон отчаяния, она смотрела на него осуждающе.
– Мама прости! Я не хотел! Меня папа заставил! – заплакал Вячеслав, превращаясь снова в маленького мальчика. Он оглядел красную комнату и она, постепенно, стала преображаться в их старую комнатушку.
Один из помощников превратился в пьяного отца с сигаретой. Этот образ он навсегда запечатлел в своей памяти.
– Молодец пацан, еще давай, еще, кому сказал! Иначе займешь ее место! – отец взял его руку и стал помогать ему хлестать мать. Вячеслав плакал, но боялся ослушаться грозного мужчину. Он смотрел на растрепанную мать, а она спокойным голосом подбадривала его:
– Сынок, ничего, ничего. Слушайся папу и будет все хорошо. За меня не переживай, я все вытерплю.
Не плачь, мне не больно!
– Бей сильнее! Что ты, как баба! – кричал снова отец, – Ну, давай! Сильнее!!!
– Сынок, слушайся папу, бей, – кричала срывающимся голосом мать. Вячеслава трясло от страха, он до жути боялся отца и переживал, что причиняет матери боль.
Хохот отца снова и снова взрывал его детскую голову. А затем отец взял свою сигарету и смачно приложил ее к руке мальчика. Маленький Вячеслав снова закричал от боли и… проснулся.
Быстро вскочив с постели, он посмотрел на свою руку.
На ней красовался еле заметный след от ожога, который был едва заметен, если специально вглядываться.
Вячеслав понимал, что нелепая ситуация с Ангелиной, всколыхнула в нем старые воспоминания, и теперь, он попал в замкнутый круг. Его постоянная тяга причинять ей боль, ради удовольствия, превратилась в настоящую пытку. Она была настолько сильно похожа на его мать, что его воображение начинало играть с ним злую шутку, уничтожая его эрекцию.
