Мужчина застонал, не выдержав такого накала страстей. Его член хотел тоже внимания и был совсем рядом от головы и волшебного рта, этой феи, но он боялся прервать это феерического шоу и просто терпел, ожидая продолжения.
Майя явно наслаждалась происходящим, она обсасывала каждый пальчик на ноге, возвращаясь снова к большому пальцу и снова заглатывая его, как маленький член. Вячеслав входил во вкус, помогая двигать ногой и потрахивая ее шустрый ротик, свой ступней.
Он толкал свои пальцы ей в рот, пытаясь засунуть туда всю ступню и отрывисто дышал.
Майя послушно открыла рот шире и ей, с горем пополам, удалось натянуть свой рот на все пальцы.
Выглядело и смешно и возбуждающе. Своим язычком она бегала между пальчиками, щекоча и доводя мужчину до исступления.
Отпустив его левую ногу, она перешла к правой, проделывая с ней, точно такие же трюки.
Огорошенный таким представлением, мужчина сидел на кровати и его руки сами потянулись к члену. Он стал медленно дрочить, наблюдая за работой Майи.
Когда она, в очередной раз попыталась затолкать в свой рот все пальцы, он ощутил, что больше не в силах терпеть и сейчас вот-вот кончит. Он напрягся и закрыл глаза, усиливая движения рукой и ожидая оргазма.
Внезапно, перед его глазами предстала Ангелина, ее пустое лицо, не выражающее никаких эмоций и глупо смотрящее в потолок. По его телу пробежала волна ужаса. Эрекция моментально улетучилась, словно ее и не было. Вячеслав посмотрел на свой упавший член и еще больше испугался.
Он не понимал до конца, в чем его проблема. Возможно, это случилось потому, что в последнее время, он настолько привык во время секса с Викторией и другими женщинами представлять, как он мучает Ангелину, что для него это стало своего рода фетишем.
Когда он представлял ее лицо, залитое слезами и умоляющее остановиться, перестать пороть, когда он видел, какую боль она испытывает каждый раз, когда он ударяет ее по промежности, его член срабатывал, как безотказные механизм.
После этой проклятой пятницы, все изменилось.
Он мог представить ее плачущее лицо, мог вспомнить, как он ее порол, а она извивалась от боли, но сразу же за этими сценами, вставал перед лицом дьявольский слайд: полумертвое лицо, не выражающее никаких эмоций. Он даже не знал, почему это лицо его так пугает. Но для него эта картинка стала мощной блокировкой и он это начинал осознавать."
"Майя трудилась изо всех сил, гладя его ноги и покусывая слегка за пятки.
