Следующая ночевка со мной, как к Чите доберёмся.
— А ехать с Михой буду? Или опять — час с одним, потом с другим? Прекрасная практика.
— А ехать будешь с нами, кис. С машиной второй проблемы, нет времени разбираться. Так что никаких пересадок.
— Зачем? Прямиком в аэропорт можно. Я готова выбрать.
Произношу, каждое слово взвесив. Рискую, но именно сейчас нужно действовать. Всё по одному сценарию закончится. Поэтому с пола монетку подхватываю. В пальцах кручу.
Чет или нечет.
— Орел — Миха, решка — Князь. Что сейчас так выберу, что в Москве.
По-другому не будет. Ясно?
— На слабо решила взять?
— Нет, просто свои условия тоже выдвигать хочу. Поездка к Москве втроем и с тем, кто мне больше понравится, три свидания будет. Нормальных, блин, свидания. И если после откажусь — вы это примете. Или сейчас подбрасывай. Я устала от перетягиваний, от приставаний. Разве ты не видишь, Князь, что вы со мной творите?
Ломаете, а после касаниями обратно собираете. Давите, а мне прогнуться хочется. Прижаться и поддаться, как бы это не выглядело.
Как бы разум не вопил, сильнее чувства давит. Тела предательская дрожь, желаний непонятная смесь.
— Подкидывай, — вкладываю монету в ладонь Князя. Сжимаю, наслаждаясь жаром его тела. Как смотрит внимательно, не отрываясь. Кажется, что свое отражение могу рассмотреть. — Подкидывай, Князь.
С замирание жду. Рискнёт с судьбой сыграть или нет. Других вариантов нет. Внезапно идея пришла, внезапно выполняю. У меня с планами плохо, но выкручиваюсь, как могу. Сейчас только так получается.
Если подкинет — всё кончено будет. Если шанс даст — надежда появляется.
Только себе объяснить не могу, на что именно надежда. На спасение или полный провал? Что не просто сила будет, не только власть. Что другое что-то может получиться, чего даже в мыслях не допускаю.
— Орёл или решка, Илюша?
— Пять свиданий, лапочка. И мирно ждать Москвы мы не будем.
Это больше, чем я рассчитывала. Намного меньше, чем боялась.
Пять свиданий и длинная дорога с двумя похитителями.
Это вынести я смогу.
Наверное.
Глава 19. Тиса
Он меня нашел. Мысль запоздалая, когда руки сжимаются на шее. Крупные ладони, воздух отбирающие. Царапаюсь, освободиться желая. Но не получается. Только хриплю в отчаянии.
Мы одни. В тёмной комнате тускло, вспомнить не получается, как оказалась тут. Зато отчётливо в памяти жив оклик мужчины. Как пыталась бежать. А оказалась прижатой к шершавой стене. Перед глазами всё плывёт, но мне не дают спастись с помощью обморока.