Впрочем, и запряженные в дроги битюги тоже производили на собравшихся впечатление. Подобных зверей в этой горной стране видеть не приходилось. Местные лошади своими размерами не поражали. А самое главное, местные использовали в основном ослов. Животных неприхотливых и способных обойтись подножным кормом.
Посевных земель в Армении всегда было мало. Так что сеять овес для прокорма подобных гигантов могли позволить себе только очень состоятельные люди. Крестьянам семьи бы прокормить. Кавалькада выехала на центральную площадь города, и Руслан, вскинув руку, остановил караван.
Осмотревшись и приметив у крыльца одного из зданий раскрывшего от удивления рот городового, парень указал на него Роману, негромко попросив:
– Позови служивого. Нужно узнать, где тут у них какая служба располагается.
– Сей момент, княже, – усмехнулся казак и, шлепнув коня свернутой петлей нагайкой, рысью подскочил к городовому.
Свесившись с седла, следопыт что-то негромко спросил у полицейского и, выслушав ответ, возмущенно выпрямился.
Потом резко ухватив городового за плечо, казак одним рывком вздернул его на коня и, перекинув поперек седла, подвез к наблюдавшему за ним Руслану.
– Они тут, похоже, совсем власть не уважают, княже, – возмущенно доложил казак, сбрасывая городового в пыль, под копыта замершему, словно статуя, Бесу. – Я ему: с тобой князь говорить желает, а он мне: я всех князей знаю, их тут нету. А что в город и со стороны князь приехать может, подумать не хочет.
– Ви кто такой?! – завопил городовой, вскакивая и хватаясь за саблю.
– Замри, болезный, – жестко приказал Роман, одним плавным движением выхватывая из кобуры револьвер и щелкая курком. – Станешь за железку свою хвататься, в башке дырку сделаю.
– Князь Ростовцев, Руслан Владимирович. Штабс-капитан военной контрразведки. Прошу извинить моего подчиненного, но наше дело не терпит отлагательств. Подскажите, любезный, где я могу найти штаб местного гарнизона?
– А бумага нужный ест? – помолчав, осторожно поинтересовался городовой.
– И даже пьет, – не удержавшись, буркнул Руслан, кивая.
– Что тут происходит? А ну расступись! – послышался громкий голос, и на площадь выкатился видавший виды фаэтон.
Поскрипывая ступицами, транспорт подкатил к остановившемуся каравану, и вставший в фаэтоне в полный рост полицейский подполковник громко спросил, оглядывая иронично наблюдавших за ним казаков:
– Кто такие? Откуда? Кто старший?
– Я старший, – спокойно отозвался Руслан, даже не пытаясь подъехать к нему.
