– А этот, выяснив всю подноготную через свою службу, вполне мог подстроить подобное отношение. Уж они-то, в отличие от нас, на приемах и балах бывают регулярно.
– Ну, этот вопрос я проясню быстро, – жестко усмехнулся граф. – А тебе мой совет. В случае дуэли жандарма не убивай.
– Колено прострелю. Пусть остаток жизни на деревяшке скачет, – зловеще пообещал Шатун.
* * *Доклад майора генералу Татищеву о стычке Руслана с жандармским подполковником имел неожиданные последствия. В город прибыл товарищ генерал-губернатора, князь Тарханов, с супругой и дочерью.
Появление столь высокопоставленного вельможи произвело на местный бомонд впечатление занесенной над головами дубины. Местное общество притихло, ожидая очередной бури, которая начнет срывать погоны с плеч, но князь вел себя так, словно ничего и не произошло.
Только в здание городской управы то и дело вызывали кого-то из чиновников, после чего те, выходя из здания, вид имели весьма взъерошенный и бледный. О чем именно князь говорил с чиновниками, они никому не сообщали, ссылаясь на прямой запрет, но всем своим видом старательно показывали собеседникам, что все очень серьезно и будет иметь тяжелые последствия.
Дошла, наконец, очередь и до приятелей.
Войдя в кабинет, офицеры вытянулись, словно на плацу, и граф, на правах старшего по званию, бодро доложил о прибытии. Едва заметно усмехнувшись, князь вышел из-за стола и, подойдя к ним, раскинул руки в стороны:
– Ну, здравствуйте, мальчики мои. Душевно рад видеть вас живыми и здоровыми. Как твоя рана, Руслан?
– Благодарствую, Петр Иванович, – едва заметно улыбнулся Шатун.
– Уже почти не болит.
– Ну и слава богу. Да вы присаживайтесь, мальчики. Присаживайтесь. Беседа у нас долгой будет. Первым делом хочу сообщить, что генерал-губернатор весьма доволен вашим радением и просил передать вам свое удовлетворение. Молодцы, иначе и не скажешь. А вот дальше пойдут вопросы не самые приятные. Руслан, что у тебя с тем жандармом вышло? – повернулся князь к парню.
Сухо поведав ему обо всем случившемся, Руслан чуть пожал плечами и, вздохнув, закончил:
– Ни от кого оскорблений не терпел и дальше не стану.
– Что, вот прям так с лестницы и спустил? – неожиданно переспросил князь.
– Ага. Пинками, – снова вздохнул Шатун. – Теперь секундантов жду."
"– Боюсь, секундантов ждать придется долго, – криво усмехнулся Тарханов. – Ты, изверг, ему пять ребер сломал, челюсть, руку, да еще и крестец. Я с врачом говорил, так тот просто в ужасе. Говорит, что прежде такого не видел.
