Словно в ответ на его взгляд, Мишка подвел в поводу Беса и, развернув его так, чтобы парню осталось только сесть в седло, придержал стремя. Вздохнув, Руслан взгромоздился на коня и, разобрав повод, кивнул денщику:
– Благодарствую, Миша. Хорунжий, веди казаков домой. И вправду передохнуть надо.
Дружно кивнув, казаки метнулись к своим коням, и спустя минуту кавалькада шагом направилась в сторону дома.
* * *– Ты что творишь?! – кулак майора с грохотом обрушился на столешницу. – Да ты хоть понимаешь, что было бы, проиграй ты этот бой?!
Вскочив, Рязанов зло смял только что прикуренную папиросу в пепельнице и, тут же выхватив из коробки другую, сжал ее зубами.
– Ну не проиграл же, – спокойно пожал Руслан плечами, с интересом наблюдая за приятелем.
В таком бешенстве Шатуну видеть графа еще не приходилось. Едва он переступил порог кабинета майора, как тот издал рев атакующего бизона и принялся орать так, что стекла дребезжали. Усевшись в кресло, Руслан стоически выдержал эту акустическую атаку и, дав майору выплеснуть эмоции, приготовился к конструктивному разговору.
И вот теперь, немного угомонившись, граф совершил очередной забег по кабинету и, вернувшись к столу, мрачно переспросил:
– Не проиграл? А кого в бане штопали? Меня? А если б он тебя зарезал?
– Миша, поверь, если б я отказался или попытался выставить вместо себя кого-то другого, было бы еще хуже, – ответил Шатун, твердо глядя ему в глаза.
– С чего ты взял? – удивленно замер майор.
– А самому подумать? – не удержавшись, поддел Руслан приятеля.
– Руслан, я тебе сейчас и вправду в рыло дам, – зловеще пообещал граф, с хрустом сжимая кулаки.
– А еще дворянин, – продолжая дурачиться, обиженно протянул парень. – Ладно. Я так понимаю, думалку тебе от злости совсем отключило, значит, придется все на пальцах раскладывать, – деловым тоном продолжил Шатун, по бешеному взгляду Рязанова сообразив, что тут и вправду находится на грани срыва. – Готов слушать?
– Говори уже, – угрюмо буркнул майор, закуривая.
– Непримиримые приехали на базар без особого сопровождения.
То есть даже не взяли пару десятков своих головорезов. Четверо стариков, один бывший паломник и только один, повторяю, Миша, один воин. И даже несмотря на это, на том торгу они вели себя очень вежливо. Никому даже пальца на ноге не оттоптали. И приехали они только ради одного. Бросить вызов лично мне.
– Допустим, – мрачно кивнул Рязанов. – Выходит, непримиримые знают, кто им тропы взрывает?
– Миша, ну не смеши, – фыркнул Руслан.
