Уже на улице, вспомнив, что хотел прикупить чего-нибудь к вечернему чаю, Руслан вздохнул и, жестом подозвав к себе одного из казаков, попросил, протягивая пятирублевую купюру:
– Не сочти за труд. Прикупи там сладостей всяких. И нам с графом, и вам на дежурство. Да сразу домой свези. А я пока по базару пройдусь.
– Добре княже, все сполню, – улыбнулся казак и, забрав деньги, легко взбежал на крыльцо лавки.
– Случилось чего, княже? – тихо спросил Роман, подойдя поближе.
– С чего ты взял? – деланно удивился Руслан.
– Озлился ты, – вздохнул следопыт.
– Взгляд такой, словно целишь в кого.
«Похоже, они уже меня читать научились», – удивленно протянул про себя Руслан и, чуть пожав плечами, ответил:
– Похоже, пока я болел, у меня и полюбовницу свели, как ту кобылу.
– Нашел беду, – фыркнул Роман. – Да ты только прикажи. Найдем тебе красавицу из наших. И приветит, и накормит, и приласкает, и в постели ублажит. А ежели ты ее подарком изредка побалуешь, так и ноги мыть станет.
– Это ты, брат, загнул, – невольно улыбнулся Руслан.
– То уже не казачка, то уже рабыня какая то получается. А среди ваших таких отродясь не бывало. Или я не знаю чего?
– Умный ты, княже. А иной раз такой дурень, – отмахнулся следопыт. – Да вдовой казачке такая служба за счастье. Ей ведь детей поднимать. А ты, я знаю, детей не бросишь.
– Подумать надо, – съехал с темы Руслан и направился в торговые ряды.
Едва только войдя на базар, Шатун сразу понял, что весть о нападении на него давно уже перестала быть новостью. Местные торговцы, едва завидев его огромную фигуру, тут же принимались вежливо здороваться и выкладывать на прилавки лучшие товары.
Руслан вежливо отвечал, осматривал все предложенное и не спеша двигался дальше.
– Чего это они все такие вежливые вдруг стали? – улучив момент, тихо поинтересовался он у следопыта.
– Так после той стрельбы атаман слух пустил, что это месть тебе от врагов, которые хотят каторжных обратно вернуть. Жаль только, что оставшиеся воры не рискнули головы поднять. Тогда б точно тебя тут уже на руках носить стали.
Торговцев же по вечерам иной раз прямо тут, бывало, грабили. А теперь ежели только втихаря чего из кармана вытянут или с прилавка какой товар утащат. Оно понятно, что убытки, так хоть не режут. Вот они и радуются, что ты жив, княже. На полицию-то у них надежи нету."
"Нагулявшись по рядам и напробовавшись всяких вкусностей, Руслан почувствовал, что устал, и, жестом позвав казаков за собой, направился к чайной. Или, как тут говорили, чайхане.
