Так и хотелось потрепать его по кудрявой челке, торчащей из-под «петушка». – А еще я отдал бате обратно квартиру, машину, деньги и переехал в общагу. В твою общагу.
– Попахивает нездоровым сталкеризмом, – чуть нахмурилась я. А затем меня догнал смысл сказанных им слов. – Подожди. Ты отказался от машины и квартиры? Но зачем? Зачем ты это сделал? Это глупо, Рамиль!
– Затем, что это всё не я. С машиной, квартирой, деньгами отца… Я приехал в город пацаном с сумкой, планами и амбициями. И потерял всё. Потерял из-за легкодоступности всего – себя, а затем потерял и тебя.
А еще я тебе наврал.
– Да? – дернулась моя бровь. Нож в руке тоже.
– Вернее, не я, а пацаны, когда сказали тебе, что я болею. Тогда они наврали, ну, или коряво оценили мое состояние, но теперь я, походу, заболел на самом деле. Твой батя только что впихнул в меня два зубчика чеснока и стопку водки, в которой красного перца было больше, чем водки.
– А с одеждой что? – указала я на его внешний вид."
"– Твой батя сказал, что так я точно похож на деревенского жениха, – обреченно вздохнул Рамиль.
– Опять назвал наше село деревней?
– Угу, – поджал он губы и вытянул перед собой трехлитровую банку с букетом. – Давай попробуем всё сначала, Августина. А начал. А ты?
– Кажется, ты начал с такого начала, о котором я даже не подозревала. А я… – отвела взгляд в сторону и задумчиво посмотрела на дом. – … а подумаю, Рамиль.
– Хорошо, – кажется, облегченно выдохнул парень. – Ну? Что мне делать?
– Для начала унеси эту шикарную вазу с букетом обратно в дом.
Глава 52. Августина
– Хочешь увидеть, как лисичка мышек ловит? Смотри, – шепнул папа и мягко дернул меня за край кофты.
Плавно выпрямила уставшую спину и посмотрела в указанном папой направлении, где Рамиль с особой тщательностью копал картошку, буквально нападая на землю. Я, папа и тётя Марина уже давно ушли вперед, а Рамиль так и остался практически на том же месте.
– Ладно тебе, Коль, – шикнула на него тётя Марина. – Парень сегодня, может, впервые в жизни узнал, что картошка не в ящиках в магазине растет, а из земли выковыривается.
Хорошо он копает. Старается вон как.
– А я, что ли, сказал, что он плохо копает? – делано возмутился папа. – Просто… добудет нам немного нефти, кротам перестановку сделает, опять же. Молодец парень!
– Издеватель! – шуточно ударила я его деревянной лопаточкой, которой копала картошку, по его лопаточке. – Зачем ты на него шарф намотал?
– Потому что я заботливый, а Рамилька у нас простывший, – нашелся папа с ответом.
