«И надо же было ей лишиться дара! Теперь я слышу ее все хуже и хуже!» – подумал он беспомощно.
Эссиорх попытался нашарить Мефа, но тут результат был совсем нулевым. Если Дафну он ощущал хотя бы смутно, то Меф шухерился и был хорошо экранирован.
– Страж мрака! Нахватался у них привычек! – пробурчал Эссиорх.
– Где страж мрака? Какой? – нетерпеливо спросил кто-то рядом.
Эссиорх повернул голову. Опять Корнелий! О, небо! Сумеет ли он когда-нибудь отвязаться от этого неудачника? Раньше Эссиорху казалось, что самый бестолковый и несерьезный хранитель он сам, однако теперь у него появился сильнейший конкурент.
– Исчезни! – сказал он.
Корнелий понимающе кивнул.
– Когда человеку плохо, он кусает того, кто рядом. Даже если этот кто-то желает ему помочь. Выходит, долг настоящего друга – подойти и быть укушенным. Так и быть, грызи меня, и пусть тебе станет легче! Я иду на это! – жертвенно сказал он.
Эссиорх вздохнул.
– Хочешь, чтобы тебя не грызли – лечи склероз. Письма будешь терять на травке в Эдеме, где их не возьмет никто чужой, – посоветовал он и закрыл глаза, соображая, что ему делать.
Отправиться в резиденцию мрака? Но вместе с ним наверняка увяжется Корнелий и попытается продемонстрировать Арею свое знаменитое выхватывание флейты с двух шагов. Чем это закончится для Корнелия, лучше не думать.
«Улита! Вот кто мне нужен! Надеюсь, она сейчас не на Большой Дмитровке!» – решил Эссиорх.
Улита знает все и обо всех, не прилагая для этого никаких усилий. Если Улита не знает, где Дафна, то это не известно никому.
* * *Резиденция мрака в Москве работает по раз и навсегда утвержденному графику. Среда – день неприемный. Вздумай кто из суккубов или комиссионеров сунуть свое любопытное рыльце в среду, мигом загремит в Тартар. Они это знают и не лезут.
С людьми, желающими сдать в аренду эйдос, сложнее. Их мрак обязан принимать в любое время. Многие об этом знают и приходят поторговаться. Вот и сегодня с утра притащился всклокоченный гений с заклеенным бумажкой бритвенным порезом на щеке.
Проект казался ему настолько гениальным, что он, не задерживаясь у Улиты, самонадеянно прорвался к Арею.
– Климат теплеет. Ледники тают. Так? – спросил он, не здороваясь.
– Ну, – кивнул Арей.
– Сушу затопит. Исчезнут пахотные земли. Голод будет. Так? – напирал гений.
– Примерно, – терпеливо согласился мечник.
– Начнутся войны, новое великое переселение народов. Сильные начнут давить слабых – непременно начнут. Человек, он по-другому не может, чтобы не давить.
