— Это было воскресенье?
— Да, сэр.
— Где вы его видели?
— В Парадайсе.
— И что произошло после этого?
— Мистер Дейвенпорт поехал в Лос-Анджелес. Он выехал из Парадайса около полудня и собирался в тот же день вечером добраться до Фресно.
— Мистер Дейвенпорт дал вам какие-то последние указания перед отъездом?
— Я не понимаю, что вы имеете в виду под словосочетанием «последние указания», — ответила Мейбел Нордж, причем говорила быстро, словно пыталась выдать всю свою версию, пока ее не остановят судья, прокурор или адвокат.
— Мистер Дейвенпорт велел мне в случае его смерти передать содержимое одного конверта властям. Он говорил мне, что его жена пытается его отравить и…
— Минутку! — остановил ее судья Сайлер.
— Да, — спохватился Вэндлинг. — Все, что говорил вам мистер Дейвенпорт, не является связующим для обвиняемой, если, конечно, она при этом не присутствовала.
— У нас нет возражений, — сказал Мейсон. — Давайте внесем этот разговор в протокол.
— С какой целью? — спросил судья Сайлер. — Это получаются показания с чужих слов.
— Не уверен, — заявил Мейсон. — Мне кажется, что мы имеем дело с редким исключением из правила представления показаний с чужих слов, и их можно принять как доказательства. У меня нет возражений.
Судья Сайлер колебался.
— Я переформулирую вопрос, Ваша честь, — предложил Вэндлинг и повернулся к свидетельнице. — Мистер Дейвенпорт вручил вам некий конверт еще до последней вашей встречи с ним?
— Да, сэр.
— И что вы сделали с этим конвертом?
— Положила в шкатулку в моем письменном столе.
— Мистер Дейвенпорт дал вам какие-то указания по поводу этого конверта?
— Да, сэр. Он сказал, что его жена пытается его отравить, и в случае его смерти я должна передать этот конверт властям. Еще он говорил, что его жена отравила свою кузину и…
— Вот это определенно слухи, — перебил судья Сайлер.
— Это может быть частью res gestae, — заметил Мейсон.
— Каких еще res gestae? — язвительно спросил судья. — Это очень странная ситуация. Кажется, адвокат защиты готов разрешить представление доказательств с чужих слов, которые могут только навредить его клиентке, хотя Суд не может принять эти доказательства во внимание при рассмотрении дела.
Суд больше не станет рассматривать как доказательства любые разговоры между этой свидетельницей и усопшим, если только не будет доказано, что они имели место в присутствии обвиняемой.
— Я хотел бы провести перекрестный допрос по этому разговору, — объяснил Мейсон.
Судья Сайлер покачал головой.
