— А что? Мне не полагается об этом знать? — спокойно посмотрел на него Мейсон.
— Никто об этом не знает. Это тайна следствия, и ее тщательно охраняли. Я велел своим сотрудникам никому об этом не рассказывать.
— Боже праведный, я думаю, что это должно было быть очевидно с самого начала, — заявил Мейсон. — Проанализируйте все имевшие место события.
— Что ж получается? Значит, ваша позиция… То есть вы считаете, что никакого убийства не было?
— Убийства? — переспросил Мейсон. — А какой идиот сказал вам, что произошло убийство?
— Врач сказал, что человек мертв.
— А свидетель сказал, что труп вылез из окна.
Халдер прикусил губу.
— Так, давайте-ка разберемся с этим вопросом до конца, — предложил Мейсон. — Вы пытались скрыть от меня эту информацию?
— Я всего лишь не обнародовал ее.
— Вы не хотели, чтобы я это узнал?
— Ну, если вы так формулируете вопрос… Не хотел.
— Я думаю, что при сложившихся обстоятельствах я провел тут уже достаточно времени, пытаясь с вами сотрудничать. Думаю, что официально сказать мне вам больше нечего, — заявил Мейсон.
— Я ответил на ваши вопросы честно и откровенно, как мог. Я уделил вам около часа.
— Не так уж это и много.
— Вполне достаточно для того, чтобы подробно поговорить о сложившейся ситуации. Мне пора возвращаться в свою контору.
— Вы не покинете этот округ, пока я вам этого не разрешу.
— Черта с два! Попробуйте меня остановить.
— Я знаю массу способов остановить вас.
— Испробуйте любой из них, и к завтрашнему утру ваше лицо будет цветом напоминать вареного рака.
Перри Мейсон кивнул Делле Стрит и направился к выходу из кабинета, в котором осталась группа ошеломленных мужчин, которые быстро придвинулись друг к другу и принялись совещаться.
Как только Мейсон вышел в коридор, его мгновенно окружили журналисты.
— Что произошло? Как прошел допрос? — вопросы сыпались со всех сторон.
Мейсон аккуратно притворил за собой дверь, улыбнулся и заговорил:
— Мне кажется, что окружной прокурор пообещал вам, ребята, что после нашего разговора он сделает заявление для прессы и тогда и сообщит вам все новости.
Заходите в кабинет и задавайте ему вопросы. Я думаю, что он будет рад на них ответить, а при сложившихся обстоятельствах я предпочту, чтобы отвечал он.
Мейсон нашел глазами репортера из «Оровиллского Меркурия» и подмигнул ему. Остальные журналисты раскрыли дверь, из которой только что появился Мейсон, и ввалились внутрь. Пит Ингрэм подошел к Мейсону и спросил:
— Все в порядке?
— Быстро идем к вашей машине.
