— Только… Мне же надо на что-то жить.
— И хорошо жили?
— Нет.
— Я так и думал, — кивнул Мейсон. — У вас хороший характер, вы добрая и дружелюбная. Вас использовали и платили вам мало — только чтобы на жизнь хватало.
— Наверное, я и не хотела больше.
— Одевайтесь.
Человек на полу принялся мычать, издавая только нечленораздельные звуки, потом замотал головой, явно пытаясь таким образом сказать «нет».
— Он меня убьет, если я хоть что-то расскажу вам, — заметила Селинда Джилсон.
— Как вам будет угодно. Сейчас у вас есть шанс, — пояснил Мейсон.
— Карлин не сможет вас перебивать, у него кляп вставлен в рот. Если вы сами все расскажете, и расскажете первой, то, возможно, лейтенант Трэгг вам поверит.
— Кто такой лейтенант Трэгг?
— Сотрудник отдела по раскрытию убийств. Вы с ним на днях познакомились.
— Я повторяю вам, что все это не имеет отношения к убийству.
— К которому? — уточнил Мейсон.
— Что значит «к которому»? Я знаю только об одном.
Карлин снова попытался освободиться от пут из разорванных простыней.
— Не дурите. Их было два, — сказал Мейсон.
— Два чего?
— Убийства.
— Нет, убийство только одно.
— Кого убили?
— Фарго, — ответила она.
— Естественно, — кивнул Мейсон.
— Нет-нет. Я имела в виду…
— Так что же вы имели в виду?
— Наверное, ничего.
— Вы лучше все-таки оденьтесь, — опять предложил Мейсон.
Она пошла к шкафу, но внезапно обернулась.
— Хорошо. Вы выиграли. Но это вовсе не убийство, это похищение детей. Вымогательство по старой схеме, но на новый лад, — сообщила Селинда Джилсон.
Карлин, все еще лежа на полу, принялся дубасить по нему каблуками. Мейсон подошел к нему, ткнул его в бок носком ботинка и сказал:
— Не перебивайте даму, Карлин. Будете вести себя невежливо — я вам так врежу, что мало не покажется. Продолжайте, Селинда. Что вы говорили?
— Старый способ шантажа на новый лад — его немного изменили, — пояснила Селинда. — Карлин привозил откуда-то незаконнорожденных детей. Я не знаю, откуда он их брал, но явно имел хорошую агентуру.
Затем он ждал, когда приемные родители привяжутся к ребенку, а потом до них доходил слух, что биологическая мать ребенка работает в «Золотом гусе». Это обеспечивал Карлин. Больше от него ничего не требовалось — дальше все шло как по маслу. Когда люди усыновляют чужого ребенка и по-настоящему привязываются к нему, у них появляется непреодолимое желание взглянуть на его мать, в особенности, если они думают, что могут сделать это незаметно.
