Над бровью крупная ссадина. Шоркнулся об асфальт.
- Мда, - поджимает она губы.
На этом всё. Ей просто похуй!..
- Домой?
- Нет. Не хочу. В Спарту отвези.
- А что ты таким тоном со мной говоришь?
- Может быть, потому, что ты ко мне даже в больницу не пришла?
- Я работаю, Рома. И не могу бросать каждый раз работу, когда ты решаешь отхватить по лицу. Какой черт тебя дернул нарваться на ментов?!
- Ты не работать ездишь. Зачем врать?
- В любом случае, это тебя не касается. Я в твои личные дела не лезу, заметь!
- А иногда стоило бы.
- В четырнадцать ты вопил об обратном.
- Я был подростком...
- А сейчас ты уже взрослый! Дай мне жить своей жизнью.
Это всё выбивает почву из-под ног. Выбивает уже давно. Создавая ощущения падения на качелях вниз. Когда сводит живот. Ей на меня всё равно... Пока я был инструментом для управления отцом, я был нужен. Потом, когда это перестало работать, сдан с потрохами Бессо Давидовичу. И мой ""спорт"" хорошо оплачивался, чтобы я минимально заебывал их дома.
И свободное мое время неплохо оплачивалось, чтобы я проводил его вне дома. Как-то так…
- Окей.
Выхожу из машины, хлопая дверью.
Ладно. Яшин, вон, вообще интернатовский. Мать и не помнит почти. И ничего... Выжил.
Опускает стекло.
- Рома, сядь обратно.
- Зачем? Опять мешать тебе жить своей жизнью? Я так дойду...
- Не надо делать из себя жертву. Мы дали тебе всё, что нужно и даже больше! Вот, возьми... - протягивает деньги через окно.
Молча забираю, не оборачиваясь ухожу, засовывая бабло в карман.
Можно поймать такси. Но хочется пройтись. Постельный режим задолбал.
В Спарте людно. Ощущение, что пришел домой. Можно в каком-нибудь спортзале упасть на маты и поспать. И даже будить никто не будет. Но я выспался на неделю вперед.
Иду сразу к Аише Артуровне. Она звонила, сказала, что ждёт.
Стучусь.
- Можно?
- Оо... Ромочка! Заходи, - встаёт она из-за стола, выходя мне навстречу.
Ловит ладонями за щеки, хмурясь разглядывает лицо.
- Бедолага… - вздыхает.
- Болит?
- Я на обезболах.
Обводит пальцами лицо.
- Ах ты... Смещение есть, - морщится. - Садись-ка.
Усадив в кресло, исследует пальцами мою многострадальную голову. Потом делает правку и массаж. Бережно...
Меня практически отрубает от ее волшебных пальцев. И будь это другая женщина, мои ощущения уплыли наверняка куда в область эротизма.
Но Аиша - женщина Беса. Любимая. Я даже во сне не могу позволить себе такого кощунства - фантазировать о ней.
