А вот сигареты…
Сытин дал ему пачку «Мальборо».
– Здесь что?
– Диктофон. Два часа работы без замены кассеты.
– Неплохо.
– Тоже так думаю… В общем, техникой мы тебя обеспечили. Дерзай!
– Рад стараться!
– Служу Отечеству – нужно говорить, – хитро улыбнулся Сытин.
– С какой это стати?
– А с такой… Приказ на управление пришел. Тебе присвоено звание «лейтенант».
2За весь день Бекас и часу не провел в своем офисе. С тем нужно встретиться, туда поспеть, там урвать. И так весь день. Хорошо, что шеф сам измотался и вечером отправился к себе домой.
Три телохранителя остались при нем, а Пыжик с Кириллом отправились к себе.
А дома их ждал сюрприз.
В зале сервирован стол, из кухни несутся сногсшибательные ароматы. Слюнки так и текут… Настя – само очарование. Праздничная, нарядная.
– У Насти сегодня день рождения! – весело сообщила Людка.
Сама она тоже при параде.
– Да?! – удивленно протянул Пыжик. – А почему мы не знаем?
– Ну ведь узнали же, – смущенно улыбнулась Настя.
– Так мы на день рождения к тебе пришли. И без подарка?!. Это непорядок. Так нельзя…
Он полез за бумажником, вытащил оттуда три стодолларовые бумажки, сунул их Насте в руку.
– Спасибо.
Кирилл поступил по-другому. Выскочил из дому, поймал такси. И велел водителю носом землю рыть, но найти, где можно купить два букета роз. И таксист не подвел. Привез его на дом к женщине, у которой была своя оранжерея. Она нарезала два букета, с которыми Кирилл и появился перед Настей.
– Это от нас с Андрюхой! Поздравляю с днем рождения! Расти большой, не будь лапшой!
Настя задохнулась от восторга… Для мужчин букет цветов – всего лишь знак внимания. Для женщин – это какое-то сверхособое событие, песня души. Может, это глупость с их стороны, но глупость святая и такая наивная…
Вместе с цветами Кирилл протянул ей конверт с деньгами. Но Настя не обратила на них почти никакого внимания. Вне себя от радости она порхала по комнате в поисках вазы. Цветы прижаты к груди.
Поначалу все было хорошо. Ели, пили, не тужили. Пока Пыжика не понесло. Он был изрядно под хмельком. Хотя внешне это почти не проявлялось. Язык не заплетался, только щеки порозовели да в глазах нездоровый блеск.
– Людмила Михайловна, я могу поинтересоваться у вас? – он начал входить в кураж с высокопарной ноты.
Так самолеты сваливаются в штопор с большой высоты.
– Вам не надоело сидеть дома?
– Надоело, – честно призналась она.
