Он принялся с остервенением лупить его ногами. В голову, живот, в голову…
Кирилл бросился к нему, схватил за руки, начал оттягивать от жертвы.
– Убью, суку! Убью! – бушевал Пыжик. – Братан, оставь меня! Я его загашу!..
Кирилл его не оставил. Но ему пришлось основательно попотеть, прежде чем он смог унять его и вывести из ресторана.
– Зачем ты меня остановил? – уже на улице злился Пыжик. – Я же нормально от этой биксы уходил. Все чин-чинарем. Зачем он меня за плечо хватал, зачем посылал… Козлы вонючие! Бычье поганое! Совсем оборзели!
Уже успокоившись, добавил:
– Вот так, Игорек, это быдло учить надо.
Чтобы врубали, как на крутых пацанов наезжать…
Получалось, Пыжик – великий человек мира сего, пуп земли. А все остальные – быдло, пыль под ногами. Их можно топтать и унижать… Пыжик деградировал на глазах.
Глава 12
1Бекас рассматривал их придирчивым взглядом.
– Нормально, пацаны, – одобрительно кивнул он. – Конкретно костюмчики сидят…
Пыжик сиял, как медный пятак. Новый с иголочки костюм идеально сидел на его крепкой фигуре.
Сам аккуратный, ухоженный от макушки до пят. Его бы на подиум – рекламировать гангстерскую моду времен Великой депрессии. Он мог бы походить на преуспевающего бизнесмена средней руки. Но он был бандитом. Жесткий взгляд, стальной блеск в глазах, непроницаемое лицо.
Кирилл тоже умел носить строгие костюмы и также не был лишен гангстерского лоска. Но все это было показным, ненастоящим. В душе он оставался ментом. И куда комфортней чувствовал бы себя в мятой форме деревенского участкового.
– Как с продвижением на «Запад»? – спросил Бекас.
– Все в полном порядке, – кивнул Пыжик. – Шестьдесят штук, как с куста. Тридцать чисто на общак. Куда лаве слить?
– Давай сюда, – после некоторого раздумья решил Бекас.
И не без удовольствия принял тридцать тысяч долларов, небрежно забросил их в свой личный сейф. И это называется на «общак»?..
– А тачку себе оставили? – спросил шеф.
Оказывается, он и без них знал и про «БМВ», и про эти тридцать тысяч.
– Ну да, – Пыжик даже глазом не моргнул.
– Надо будет оформить, номера поставить. И можно ездить…
– Тачка ваша, не базар…
Казалось, Бекас сделал усилие, чтобы согласиться с этим.
– Только это, когда вы ездить на ней будете?.. Я вас, пацаны, в свою упряжку ставлю. Со мной будете денно, а дома только ночно… Но ведь на «бэхе» и ночью не хило рассекать?
– Да это да, – озабоченно кивнул Пыжик. – Мы ж вроде посменно должны…
– Масть переменилась. Я вчера четырех пацанов конкретных нашел.
