Мужчины говорили о делах, как я поняла, речь шла о покупке дома, но в детали я не вникала. Я так разнервничалась из-за того, что знаю его, и что я с Каримом. С первого взгляда видна наша разница в возрасте, и меня это очень смущает, а ещё, возможно, Рустам знает, что Карим – отец Кати.
Всё смешалось, и я уже допивала третий коктейль подряд, я бы и четвертый взяла, только вот Карим, поймав удачный момент, когда Рустам отвлекся на телефон, сказал мне:
– Притормози, – и звучно щёлкнул пальцами по моему бокалу, – нервничаешь?
– Немного, – еле слышно произнесла я.
Рустам сказал, что сейчас вернется, а Карим повернулся ко мне и спросил:
– В чем дело?
– Я его знаю, учились вместе.
– И?
– Он Катю тоже знает.
– Саша, – Карим берет меня за подбородок и разворачивает к себе, – прекрати думать о других, подумай, чего хочешь ты.
А я знаю, чего хочу, только вот не признаюсь. Не смогу сказать вслух. Смотрю в эти карие глаза и кажется сейчас просто утону, захлебнусь и меня уже не спасу.
Он притягивает меня к себе и жарко целует.
Я чуть постанываю от неожиданности, кажется, я весь вечер ждала этого поцелуя. Карим слишком быстро отстраняется, меня словно холодом накрывает. Я неуверенно ерзаю на месте и стараюсь отвлечься.
Рустам вернулся с какими-то документами, и мужчины продолжили обсуждение. Нам принесли кофе, и это немного вернуло меня в реальность, я даже стала слушать, о чем говорили мужчины.
Оказывается, Карим строит дома, и не просто дома, а элитные коттеджи. Рустам хочет построить такой, и сейчас они обсуждают детали.
Я иду в уборную, чтобы немного прийти в себя. Рустам делает вид, что не знает меня, но я уже заметила несколько косых взглядов. И зачем я только согласилась?
Я умываюсь холодной водой. В туалете неприятно пахнет клубничным освежителем и сигаретами. Нужно выйти на улицу, но я не успеваю. В туалет вламывается Рустам.
– Ну привет, тихоня! – он прижимает меня спиной к умывальнику, от него неприятно пахнет алкоголем, а в смеси с освежителем и сигаретами это вообще отвратительно.
– Рустам, отойди, – я упиваюсь руками в его грудь и стараюсь отодвинуть.
– Я думал ты у нас целка-патриотка, а ты вон папика себе выхватила. Да еще и какого!
– Рустам, уйди!
– Ну чего ты? Или ты больше по старперам? – Рустам наклоняется к моей шее, – ты мне всегда нравилась, а была такой неприступной, – хватает меня за бедро, я пытаюсь вырваться, – если бы я знал, что тебе деньги нужны… так у меня их до хера… еще больше, чем у этого мудака.
