Щеки горят, как у малолетней девчонки.
Молодильный секс, не иначе. Полезнее, чем яблоки.
Откинувшись на подушки, гипнотизирую матовый натяжной потолок и пытаюсь понять, о чем разговаривают отец с дочерью где-то в глубине квартиры.
Усмехаюсь, как дура, вспоминая старую шутку, услышанную в пробке.
К мальчику на выходные приезжают девочки, а к мужчине - дети от первого брака.
Счастливо смеюсь, прикрываясь кудрями, слишком сладкими от вылитого на них с утра изысканного парфюма, а потом резко замолкаю.
Стоп.
Стоп-стоп-стоп.
Федерикочка!
Значит, ты…. в разгар рабочего дня, отменив несколько важных совещаний с регионами, голая и - о боги! - оттраханная, лежишь в постели мужчины, которого знаешь не больше месяца и рассуждаешь о нем в романтическом ключе?...
Ты… рехнулась?
Ты… влюбилась?
От этой мысли даже бабочки внизу живота подскакивают и головой о лобковую кость бьются. Штабелями укладываются.
Мы, русские женщины, простые. Нас вот это счастье, бабочки, легкость - все сильно настораживает. Только абьюз, только хардкор.
Тогда вроде как в своей тарелочке. Тогда нормальненько.
Все «грин флаги» ещё на уровне макета закапываем.
Потянувшись, в куче одежды нахожу свои трусы, бюстгальтер и платье. Оно помялось, но благодаря аляповатому рисунку страшно это не смотрится. Тело ещё горит, между ног пылает так, что хочется помыться, но я поступаю как сильная женщина - одеваюсь и туго затягиваю поясок на платье.
Ну неправильно это: лежать здесь, пока в доме ребёнок.
Проходя мимо гостиной, поднимаю с пола стеклянного зайца-инвалида.
- А я что сделаю? - гремит Влад. - Сама заказала, сама выбрала. Такие вещи надо в магазине покупать, Пашка, чтобы проверить можно было.
- Ну пап.… Какие магазины? Мы ведь не в СССР.
- Добрый день, - появляюсь на кухне."
"Стыдно признаться, но здесь я ещё не была.
Осматриваюсь быстро. Светло, чисто, прибрано. Даже окна вымыты. Удивляюсь снова: это же надо все в таком порядке содержать!...
Этот спецназовец, вообще, реальный или его нейросеть создала?...
- Здрасьти, - нагловато здоровается девчонка чуть старше моего Лео.
Я вежливо улыбаюсь и разглядываю ее. Светлые волосы, миловидное лицо с большими глазами, тонкие, сжатые губы. Одета в мешковатую футболку.
Перевожу взгляд на мрачного Влада, подпирающего бедрами подоконник.
- Не помешаю? - спрашиваю, изящно поправляя волосы.
Качает головой и смотрит в упор.
- Федерика - Прасковья, - знакомит. - Прасковья - Федерика, - для тех, кто не запомнил, «на бис» повторяет.
