Это так удивительно…
Порой женская доля кажется чем-то вроде поля боя, на которое ты выходишь каждое утро, вооружившись туфлями на каблуках и модной сумочкой. И на этом поле боя ты - боец. Сражаешься, тратишь снаряд за снарядом, переживаешь потерю за потерей и иногда скрываешься в окопе, где со слезами зализываешь рваные чьим-то неосторожным действием или словом раны.
Так проходят годы…
А потом на подмогу приходит он: наглый спецназовец, который начинает сражаться за тебя.
И он обязательно будет подавать тебе снаряды, а потом и ты ему.
И он будет рядом, когда придется оплакивать очередные потери. И ты с ним будешь, потому что даже у грозных мужчин, которые излучают аромат мужественности и вседозволенности, непременно случаются потери и промахи.
Но главная метаморфоза, которая с тобой случится: в его сильных и крепких руках ты станешь девочкой. Потому что в каждой женщине-бойце скрывается девочка. Маленькая, хрупкая и живая.
Достойная самого лучшего!
Надо просто верить в это и никогда не позволять себе рассчитывать на меньшее!.
..
Никогда!...
Эпилог. Влад
Спустя семь лет
- Может, по пивку? - спрашивает Азиат, когда подъезжаем к его дому. - В программе: футбол, чешское фильтрованное и нарды. Как в старые добрые…
Я оборачиваюсь на сидение, заваленное мокрыми после дождя вещами. Плюс - в кузове лежит палатка, которую надо бы хорошенько просушить.
- Заманчиво, Серега, но на сегодня у меня есть программа поинтереснее: стирка, душ и… целый гаражный комплекс.
- Что ещё за комплекс? - ворчит, выбираясь из моего «Рам Вагона» - новенького пикапа для охоты и рыбалки.
- Гаражный, на сто двадцать машиномест. С автомойкой и вертолетной площадкой. Почти… как настоящий, - смеюсь, пожимая его руку.
- Понял. А я приду сейчас и бахну, а потом футбол смотреть завалюсь. - Он забирает свой рюкзак и, махнув рукой, идет к подъезду.
Я смотрю на него… с небольшим сожалением, что вот так вот у него все, и ощущением, что я все в жизни сделал правильно.
Может, это и прекрасно: иметь возможность спокойно и одному поваляться на диване, но расставлять коллекционные модели машинок на пластмассе, обклеенной наклейками, в свои сорок восемь мне как-то больше по нраву.
С этими мыслями еду к нам домой…
Пять лет назад Федерика вдруг задумала переезд. Даже удивился, зная ее привязанность к старому, небольшому коттеджу, но идею мгновенно подхватил: места и правда в нем было маловато.
