— Только я бы еще за волосы притащила его обратно, на глазах у всех соседей, знакомых и незнакомых, чтобы в следующий раз было неповадно!
— Да ну что вы, — смешалась Надежда. Ей все казалось, что соседка разыгрывает перед ней спектакль, вроде актрисы Гоголевой, на которую она была похожа из-за шали. — Мама и Ристо люди мирные, спокойные, вы же знаете!
— У вашего финского батюшки не слишком приличное имя! — провозгласила Марья Максимовна, и Надежда опять надулась.
Она хорошо относилась к отчиму, и ей нравилось, что он любит мать, которая расцвела и помолодела, когда он на ней женился! И зря говорят про финнов, что они холодные и заторможенные, ее отчим совсем не такой! Ристо научил мать финскому языку и смешно пел по-русски «Калинка-малинка моя», у него это выходило как «каринка-маринка», а гостям объявлял: «Дор-рогие гости! Н-не обращайте вни-мания, ког-да мы с Ма-шей на-чи-наем говор-рить по-фински! М-мы дел-лаем это только в том сл-лучае, когда хо-тим сказать гадость о наших дор-рогих гостях!»
— Выходит, круг замкнулся, — продолжала Марья Максимовна.
— Родители в Хельсинки, Павел вряд ли бы стал жечь свои вещи, а больше ни у кого нет ключей! Вы точно их никому не давали? Впрочем, в доме не было посторонних. Я все время в квартире и всегда сижу у окна.
— Вы рассуждаете, как полковник Уолш, — пробормотала Надежда.
— Я хочу вам помочь, — возразила Марья Максимовна, — раз уж вы сами себе помочь никак не можете! Вас уволили с работы?
— Боже сохрани! Нет! Просто теперь я как бы под подозрением, и меня проверяет служба безопасности на предмет стабильности моей нервной системы.
Заодно они проверяют, не состояла ли я под судом и не была ли связана с террористами.
— На предмет террористов мы тоже должны беспокоиться?
— Нет, Марья Максимовна, — устало сказала Надежда. — В моей жизни не было никаких террористов.
— Ну, и на том спасибо.
В сумке у нее отдаленным звоном зазвонил телефон, и она помчалась в переднюю, радуясь тому, что закончен такой неприятный и странный разговор.
Нужно будет его обдумать хорошенько!.
И что это Марья Максимовна так разошлась, когда узнала про Павла?
Звонил Коля Саньков, и голос у него был озабоченный.
— У нас происшествие, Надюш, — сказал он, не здороваясь. — Зина умерла.
— Какая Зина? Когда умерла?!
— Уборщица Зина, — пояснил Коля. — Что-то ее не видно вчера было, а сегодня пришла сменщица, а комната изнутри на щеколду заперта. Вскрыли, а она там… Мертвая.
— Господи, — пробормотала Надежда.
