– Что сталось с родичами, которые укрылись в подвале капища? – спросила она с тревогой.
– Освободили, – хмуро изрёк могучий воин. – Малые чада сильно надышались дымом от пожарища, сейчас о них заботятся целители. Из волхвов в ту пору в капище был только капен[4], он пал в сече, капищная дружина и мастеровой люд иже с ним. Никто не ждал нападения на святыню, и потому о беде прознали лишь тогда, когда древо дымное до небес доросло. Мы шли по следам ворогов без остановки, но не успели настичь их до рубежа. – Он обжег Лицуро мрачным взглядом и вновь посмотрел на девушку: – Любава! Кто разорил капище и убил наших братьев?
– Желтые воины называли своего родана именем Синзяо, – ответила та.
– Я не знаю, кто он.
– Синзяо? – встрепенулся Лицуро, уловив обрывки смысла в потоке фраз чужого языка. – Это вождь самого большого племени на юге нашей котловины! Он очень плохой человек! Злой, жестокий и многоликий, словно духи лжи и обмана! У него очень много воинов, он постоянно ходит в набеги на тех, кто слабее.
Мое племя разбило стойбище как можно дальше от его земель!
– Где нам искать его? – глаза белого воина вспыхнули зловещим огнем, и Лицуро понял, что скоро прольётся много крови народа Великого Дракона. Может, притвориться, что он не знает дороги в стойбище Синзяо? Вряд ли Белые Великаны убьют его за это, он ведь помог их девушке. С другой стороны, если они не нападут на Синзяо, тот будет продолжать набеги на окрестные племена. Так можно и самому погибнуть в одной из кровавых стычек, без которых последние четыре зимы не обходится ни один месяц.
Но самое главное в том, что Лицуро недавно слышал, будто Синзяо собирался явиться на празднество ради сватовства к прекрасной Чиуке…
– Земли племени Синзяо начинаются за урочищем Вечноживущей Совы на юге, – Лицуро указал пальцем на возвышающиеся вдали высокие сопки. – Это с обратной стороны тех вершин, недалеко от подножия, отсюда четыре дня пути. Где именно разбито стойбище – никто не знает, воины Синзяо убивают каждого, кто заходит на их территорию.
Говорят, их шаман умеет договариваться с волками и росомахами, и те нападают на любого чужака!
– Зело боязно! – презрительно усмехнулся воин, и его глаза вновь сверкнули ярой жаждой мести. – Я благодарю тебя за помощь, охотник! – Он сунул руку за пазуху и достал небольшой амулет на кожаной тесемке. – Возьми этот оберег за спасение нашей ворожеи, – воин протянул амулет Лицуро. – Носи его на сердце и не снимай, ежели желаешь получить от него защиту.
