– Откуда вы выскочили, Алан? – Разрубленный Змей! У него хватает наглости не опускать глаз. – Надо заметить, время и место весьма неудачные, если б меня тут не оказалось, у вас были бы неприятности.
– Но вы тут, так что я оказался именно там и тогда, где хотел.
– Я рад. – Предатель ослепительно улыбнулся. Так вот отчего ухмылка Зеленоглазого казалась такой знакомой. Сон был пророческим, только он его не понял. – Но не думаю, что вам так уж хочется видеть Оллара. Ступайте к герцогине, я дам вам провожатых, а вечером мы все обсудим.
«Все обсудим?» Нечего им больше обсуждать. Нечего! Убийца и предатель, у которого хватает совести вести себя так, словно ничего не случилось. Хотя откуда у этой твари совесть?! «Не поворачивайся спиной к мориску!» А они повернулись, и Эрнани, и Шарло, и он сам… Приняли выродка за Человека Чести!
– Ответьте только на один вопрос. Я знаю, Эрнани мертв. Его убили вы?
– Не здесь, – на точеном лице проступила досада, – его убил я, но…
Кинжал Алана не дал убийце закончить.
В черных глазах мелькнуло удивление и… и что-то еще. Не страх, не боль и не раскаяние… Зажимая рукой рану, Алва, шатаясь, опустился на ковер, алая ткань сливалась с кровью, делая ее незаметной. Казалось, герцог просто прилег отдохнуть.
– Алан, – Рамиро заговорил быстро, глотая слова, – вы – глупец… Эрнани… Неважно… Главное, что… – он осекся на полуслове – давешний здоровяк навалился на Окделла, заламывая ему руки, и почти сразу же раздался властный голос:
– Разрубленный Змей! Что тут происходит?!
Франциск Оллар не мог бы выбрать для своего появления более уместного момента.
Среднего роста, коренастый и очень сильный, он вошел в тронный зал, как входят к себе домой. Одного взгляда ему хватило, чтобы понять, в чем дело.
– Вижу!
Не обращая внимания ни на кого, Оллар опустился на одно колено перед Рамиро и взял его за руку:
– Вы – Первый маршал Талига и герцог Кэналлоа.
– Нет, Франциск, – Алва все-таки улыбнулся, – я – мертвец… Неплохой маршал выйдет из Эпинэ… если вы его укротите… Вернее, убедите, что Талигойя не кончилась, а начинается… Савиньяк тоже неплох… Берхайм – дурак, Карлион и Гонт – тем более…
– Я поговорю с Эпинэ, – голос нового короля был уверенным и спокойным, – что я могу сделать для вас?
– Моя жена… и ребенок… Он должен вот-вот родиться… Отродью предателя придется несладко…
– Первый маршал Талига не может быть предателем.
