Алва, выждав, пока Ариго придет в себя, ударил все по тому же месту на клинке, и тут до Марселя дошло! До сего дня виконт не верил, что, не держа шпагу в руке, лишь по ее движению, можно найти на клинке место, от удара по которому откат в кисть будет столь силен, что рука противника онемеет. Ворон сделал именно это.
Ги еще трижды бросался в атаку, а Ворон повторял фокус со шпагой, не забывая всякий раз вкладывать ее в ножны. Марсель с трудом представлял, как Ариго умудряется держать оружие – кисть у него должна была отняться уже после второго удара.
Сам Валме давно бы переложил шпагу, но Люди Чести почитали фехтование левой богохульством.
После пятой попытки дорваться до Алвы запыхавшийся Ги остановился и снова перешел в позицию спиной к солнцу. Громко и зло взвыл кот. Алва очень медленно вытащил шпагу, направив клинок в сторону ног соперника, и шагнул вперед. Лицо Ворона казалось каменной маской. Однажды Марсель видел такую: крестьянин копал колодец недалеко от Гальтары и вырыл то ли древнего бога, то ли демона.
Обожавший всяческие редкости барон Капуль-Гизайль купил диковину. За деньги Марселя Валме, разумеется. Однажды Марсель ночью зачем-то зашел в комнату, где на стене висела проклятая маска, и чуть не умер от ужаса."
"Усилием воли Валме вернулся в Ноху. Поединок продолжался, но роли переменились. Ги защищался, делал он это грамотно, но куда дайтской гончей против варастийского волкодава! Рокэ был великолепен: легкий поворот корпуса, шаг правой вперед, клинок опущен к ногам и молниеносный выпад… в голову! Ариго ждал удара, но не там и не так, в глазах графа мелькнуло отчаяние – бедняга понял, что этот выпад ему не отбить, но шпага Алвы замерла в пальце от побелевшего лица и медленно скрылась в ножнах.
Кот потянулся, выгнул спину и прыгнул вниз: он уже все понял и не счел нужным дожидаться развязки. Плечи Ги вздрогнули, граф нелепо махнул шпагой и попятился. Зло ухмыльнувшись, Алва шагнул вперед, неторопливо обнажая клинок. Ги отступил еще, он был в отчаянии и не представлял, что делать, а Рокэ с все той же усмешкой играл шпагой; короткий взмах, финт, еще один финт!.
.
Солнечные блики плясали по древним стенам. Двое людей медленно двигались по кругу, один был в ужасе, другой… Лицо Алвы утратило обычное спокойствие. У смерти и впрямь был синий взгляд, и она в упор глядела на брата королевы. Ворон знал, что убьет, хотел убить и не скрывал своих намерений.
Валме так и не понял, обо что споткнулся Ариго, а может, у него просто подвернулась нога.
