Теперь Робер Эпинэ никогда бы в жизни не назвал крысеныша в честь Его Высокопреосвященства Клемента, этого имени не заслуживала ни одна из живых тварей!
Магнус поднял сухонькую ручку, и Робер покаянно склонил голову, хотя больше всего талигойцу хотелось заорать, вскочить и убежать.
– Будь благословен, сын мой, и да не хранит сердце твое тайн от Создателя нашего.
Те же слова, что и год назад, век назад, тысячелетие назад. А они нужны Создателю, наши тайны? Хочет Он знать про нашу любовь, ненависть, надежду, сомнения или Ему нет до нас никакого дела?
– Сердце мое открыто слугам Истины, а помыслы чисты.
Ложь. Можно открыть сердце другу, родичу, даже врагу, но не этому человечку, словно слепленному из чердачной пыли. Иноходец смотрел прямо перед собой, гадая, о чем будет разговор, и на всякий случай готовясь врать. Его пригласили, а Альдо – нет. Почему? Что от него нужно этому… Раньше Робер назвал бы «истинника» крысой, теперь у него слов не было.
– Ты болел, сын мой? – В других устах это, может быть, и прозвучало участливо, но Иноходцу показалось, что магнус опечален не болезнью, а выздоровлением.
– Да, Ваше Высокопреосвященство. Кагетская лихорадка.
– Братья молились за тебя.
Вот только молитв этих… ему и не хватало. Его спасли гоганская магия и кровь Раканов, но говорить об этом нельзя.
– Я исполнен благодарности, Ваше Высокопреосвященство.
– Орден не оставляет тех, кого единожды избрал.
Угроза? Предупреждение? Ритуальная фраза? Леворукий их всех разберет…
– Я вижу, сын мой, на твоей руке браслет.
Раньше его не было. Ты обручился? С кем? Когда?
Сначала со смертью, затем – с гоганни, но «истинник» этого знать не должен! И не узнает!
– С дочерью казара Адгемара Этери.
Это почти правда, а Белый Лис уже ничего не скажет. Никому и никогда.
– Казар мертв. Деву отдали другому.
– Я не признаю языческих и еретических обрядов. Принцесса Этери не вернула мне мое слово, пред лицом Создателя она остается моей невестой.
Вот вам! Пусть неведомая Этери будет счастлива хоть с козопасом, хоть с козлом… Как замечательно, что она есть на свете, и как же вовремя он о ней вспомнил! Хотя… хотя по законам Чести он должен теперь ее спасать… Впрочем, кто сейчас живет по законам Чести? Разве что бириссцы, но у них другая честь и другой бог.
– Твой браслет – дар Адгемара?
– Да! – Как просто лгать. А может, дело в том, кому лжешь и зачем.
– Обнажи запястье.
Эпинэ предпочел бы обнажить шпагу и проткнуть мерзкое серое существо, но пришлось повиноваться.
