– Все, решено! Едем домой! Твою кавалерию, – женщина запустила пустым бокалом в дверь, – сорок шесть лет! Сорок шесть лет я торчала в этой умоленной дыре! Хватит!!!
– Это ты в меня? – вошедший Альдо с удивлением уставился на осколки. – Ты меня с Хогбердом спутала?
– Не в тебя, – заверила принцесса, – присоединяйся. Мы едем домой!
– Как? – не понял внук. – Там же Оллары.
– Там мой братец, – Матильда скривилась, – а он гаже всех Олларов мира… Но там хотя бы свечками не воняет. Я, между прочим, дочь и сестра алатских герцогов, твою кавалерию! И мое место в Алате!
Внук, ничего не понимая, уставился на бабушку.
Клемент покончил со вторым печеньем и зигзагами направился к плетенке с лакомством. Альдо вытащил коржик и сунул крысу под нос, тот обнюхал, сел, а вернее, плюхнулся на задние лапы и возмущенно заверещал.
– Касеры хочет, – сообщила вдовствующая принцесса, – и то сказать, сухая корка рот дерет.
– Робер тебя за своего зверя убьет, – предупредил внук, предпринимая еще одну попытку угостить Клемента сухим печеньем.
Возмущенный крыс щелкнул зубами, Альдо засмеялся и налил себе полный бокал:
– За что пьем?
– За все хорошее, – Матильда махнула бокалом в сторону Клемента, – и за всех хороших, хвостатых и бесхвостых…
Робер ничего не помнит, и хорошо. Она бы сквозь землю провалилась, если бы Иноходец принялся оправдываться и просить прощения… Твою кавалерию, да она была счастлива в последний раз в своей жизни… Ей нужен был кто-то вроде Робера, а она польстилась на несчастненького изгнанника с голубыми глазками.
Дура! Внук разлил касеру и улыбнулся. Знал бы он, что в голове у бабки…
– Ты чего-то хотел?
– Пришел Хогберд, жаждет рассказать что-то душераздирающее.
– Гони его к кошкам, – припечатала Матильда, – сегодня я его не выдержу. Сначала братец Альберт, потом этот боров…
– Сегодня ты никого не выдержишь, кроме меня, – вздохнул внук, – ладно, пошел гнать…
– Возвращайся живее, – велела бабушка, – выпьем…
3Снова тусклое золотое мерцание, запах курений, мерцающая пирамида.
Робер надеялся, что приведут Мэллит, но в чертоге ары их было двое – талигойский маркиз и старейшина гоганской общины. Иноходец со странным чувством смотрел на блестящую поверхность. Ара хранила кинжал, на котором смешалась кровь Мэллит и Альдо, разбудив прошлое, а что спит в его крови? Память Флоха? Бред!
– Блистательный не увидит тех, кто ушел, – гоган говорил шепотом, – он лишь разбудит то, что было завещано.
