Послышался очередной вздох, но он показался даже более умиротворенным.
– Я не глухая. Я умею читать по губам. По вашим губам.
Я не игнорировала тренера Ли, но я всего лишь обещала ничего не говорить. То есть мне было наплевать, что я снова беззвучно произнесла, глядя на Ивана:
– Пошел ты.
Он уперся кончиком языка в щеку изнутри. Потом он открыл рот:
– Я подумаю.
– Мы готовы на все, что угодно, ради того, чтобы все получилось, помните? – с нажимом проговорила тренер Ли, несомненно, все еще наблюдая за нами.
Уставившись друг на друга, мы с Иваном пробормотали: «Угу».
* * *Жить с мыслью о том, что ты готова на все, что угодно, было мерзко.
Не то чтобы я была готова пожалеть о своем обещании, но…
Проклятье.
Все когда-нибудь должно закончиться.
– Снова!
– Снова!
– Снова!
– Нет! Снова!
Если бы я не услышала слова «снова» никогда в жизни, я была бы счастлива. Абсолютно, блин, счастлива. Потому что начинать снова и снова то, что казалось эскизом – на самом деле это не было эскизом, но казалось им, – было для меня гигантской занозой в заднице.
Главным образом потому, что я делала это именно с Иваном. С Иваном, который, как я понимала, был раздражен не меньше, чем я.
Это продолжалось до тех пор, пока тренер Ли, закинув голову и глядя в потолок, со вздохом не произнесла других слов:
– Ладно, на сегодня достаточно. Полчаса назад вы перестали набирать скорость, а ваша слаженность стала немного лучше. Сейчас мы попусту теряем время. Так ничего хорошего не получится.
– Она бросила на нас обоих полный осуждения взгляд, словно не понимая, почему мы выдохлись.
Я уже отвыкла от этого. От этого истощающего адского труда, которым не занималась с тех пор, как четыре года назад впервые начала кататься в паре с Куском Дерьма.
Черт бы меня побрал.
Несмотря на ледяную ванну, которую я принимала каждый вечер всю прошлую неделю, все равно все болело. Ребра. Весь живот. Плечи. Запястья. Четырехглавые мышцы. Спина.
Единственным, что у меня не болело, была моя задница, и только потому, что мои ягодицы не отвыкли от падений.
К тому же одна из них всегда была не так чувствительна, как другая. Я была почти уверена, что потеряла чувствительность в ней, когда в былые времена пыталась отрабатывать свой 3Л – тройной лутц.
Я летала по льду на заднице по сто раз в день, скользя коленями, бедрами… всем. Просто нужно было время, я понимала это, чтобы снова привыкнуть. Во всяком случае, я очень надеялась на это.
