Затем в его планы входило просунуть обе руки туда же, где они были несколько минут назад: поддерживая меня за плечи, он подхватил меня под колени. Потом он поднял меня и пошел твердым шагом, удерживая равновесие.
И я не спорила. Я не сказала ни слова.
Возможно, позже я пожалею о том, что даже не попыталась перегруппироваться, чтобы облегчить его ношу, вместо этого я лежала, как ребенок, которого несут в кровать после долгой поездки в машине, прислонив голову к его плечу и дрожа еще сильнее. Конечно, я могла бы идти, конечно, могла бы.
Но мне этого чертовски не хотелось. Не тогда, когда он так старался помочь мне.
И оттого, что я просто чувствовала рядом с собой его теплое, сильное тело, мне стало немного легче.
Через некоторое время он открыл дверь, которую я прежде не замечала, она вела в ванную комнату. Там не было ничего примечательного, только душевая кабина с раковиной и туалетом. Иван присел и медленно поставил меня на ноги, и в этот момент у меня закружилась голова.
– Тебе нужно принять холодный душ, – сказал он, поддерживая меня рукой за плечи.
– Фу, – пробурчала я, закрыв глаза. Он был прав. Из своего небольшого опыта общения с теми, у кого была высокая температура, я знала, как это может быть опасно. Не было необходимости терять последние извилины. Меня снова начало знобить, что вынудило Ивана отпустить меня и обойти, чтобы повернуть ручку душа.
– Давай, – подгонял он меня.
Я попыталась поднять руки, но уронила их, когда они всего на пару сантиметров оторвались от моего тела.
Черт. Не помню, чтобы я когда-нибудь чувствовала себя такой разбитой.
Сглотнув, я снова открыла глаза и подумала:
– Черт с ним. Я не стану раздеваться. – У меня в сумке была сменная одежда. Ли или Иван могли бы принести ее мне. Как нельзя лучше подражая тому, что делали все члены моей семьи на Рождество, я, спотыкаясь, сделала шаг вперед, зажмурившись от яркого света над головой, который, будь он проклят, слепил меня.
Но, когда мне оставалось сделать два шага и войти прямо в душевую кабину в носках, рука Ивана вытянулась параллельно полу, не давая мне пройти дальше.
– Что ты делаешь? – спросил он.
Я взглянула на него.
– Захожу туда?
– Ты одета.
– У меня нет сил раздеваться, – сказала я хриплым голосом.
Я заметила, как он закатил глаза.
– Я помогу тебе."
"– Ладно, – прошептала я, недолго думая. К чему было раздумывать? Он весь день лапал меня, он уже видел меня практически обнаженной, видел меня полуодетой и в обтягивающей одежде.
