Пора поскорее покончить с этим, сказала я про себя и, возможно, впервые затаив дыхание, повернулась лицом к Ивану. В то мгновение, когда наши взгляды встретились, я вскинула брови, моля Бога о том, чтобы внезапно не покраснеть в первый раз в жизни, потому что это было бы поистине унизительно.
– Черт, – услышала я, как Иван пробормотал себе под нос, когда я посмотрела ему в лицо… и не увидела ничего, кроме того, что он зажмурился.
– Что? – отрывисто спросила я.
– Ничего, – тут же грубо ответил он.
– Что? – настаивала я, стараясь понять, почему его кожа побелела еще больше и почему он не смотрит на меня.
– Ничего, – ответил он так, как он умел, – как заноза в заднице. Покачав головой, он сглотнул. – Давай завяжем с этим.
– Завяжем? – спросила я, отнюдь не чувствуя себя оскорбленной. Возможно, он сам сожалел теперь о сказанном. Вот скотина. – Ты сам этого хотел, – напомнила я ему.
– Ну, мне начинает казаться, что это была дурацкая идея, поэтому давай так и сделаем, – пробормотал он, по-прежнему не открывая глаз.
– Ханжа, – прошептала я, не понимая, почему он не смотрит мне в лицо, на худой конец. От этого мне стало казаться, что со мной что-то не так.
Поэтому я посмотрела на него. Потому что он был сам не свой.
И внезапно пожалела о том, что сделала это.
Потому что тело Ивана…
Твою мать.
Может быть, из-за того, что я была спортсменкой – независимо от того, что по дурости думают об этом другие, – я могла оценить разнообразные достоинства, свойственные спортсменам-мужчинам. Я никогда не была большой поклонницей мужчин, работающих в модельном бизнесе, с их идеально вылепленными тонкими мышцами, каждая из которых требовала постоянных индивидуальных тренировок.
В мужских телах меня привлекала грубая сила. Правда привлекала.
Но тело Ивана было на самом деле создано большим мастером. Головки мышц на его плечах были резко очерчены, тонкие, упругие мышцы предплечий и бицепсов были сильными. Еще у него были плотные грудные мышцы и плоский живот с восемью квадратиками на нем.
Благодаря поддержкам, у него были разработанные мышцы бедер и длинные мышечные борозды на бедрах и икрах.
Не было нужды смотреть на его зад, чтобы понять, что он был высоким и упругим.
Я была бы последней лгуньей, если бы сказала, что не посмотрела на его пенис, но он, так же как и я, решил кое-что прикрыть. Это кое-что было спрятано под тем, что напоминало носок телесного цвета, прикрывавший его хозяйство, оставляя на виду только подстриженные волоски в паху.
