Макар изучал Рощина с холодным любопытством.
– С ума сошли? – спросил Веня, ощущая, как жалко звучит его голос. – Тут везде камеры, идиоты.
– Ты был прав, – заметил Макар напарнику, игнорируя реплику актера. – Он соврал.
– В чем я соврал? – возмутился Веня. – Я ничего не знаю о Вике!
– Зато знаете о ее сестре, – невозмутимо ответил Илюшин. – Рассказывайте, зачем вы встречались с Ниной Стрежиной. Быстро, коротко и по делу.
После категорического отказа Вики продолжать с ним отношения Рощин впал в настоящую депрессию.
Не потому, что был сильно влюблен, и даже не потому, что по его самолюбию нанесли сильнейший удар. Причина заключалась в том, как именно нанесли удар – оскорбив его, ткнув в больное место. Вениамин и сам знал за собой привычку к лицедейству в повседневной жизни, но услышать об этом от подруги в столь уничижительных выражениях оказался не готов. Вениамин Рощин терпеть не мог правду, особенно если она касалась его самого. Депрессия продолжалась две недели, а затем Рощин взял себя в руки.
Уход Вики он воспринял как вызов. Поначалу пытался скандалить, потом, осознав абсурдность и ничтожность собственных действий, обдумал план по возвращению бывшей подруги. Стрежина больше не нужна была Вениамину сама по себе – нет, своими словами она убила в нем теплоту и нежность, которые он к ней испытывал. Но Рощина грела мысль о мести – самой банальной мести, которая обелила бы его перед самим собой, убедила в том, что он – значим. Что он не посредственный актер кино со смазливой физиономией, а талант, способный не только сыграть, но и срежиссировать спектакль по своему вкусу.
Вениамин неторопливо обдумал свои действия. Он намеревался вернуть Стрежину, уговорив ее любыми способами дать ему еще один шанс проявить себя. Этот шанс Рощин не собирался упускать. Он хотел не просто показать Вике, что он изменился ради нее, но и влюбить ее в себя, влюбить крепко, используя для этого все подходящие методы. В мыслях Веня представлял женщину, готовую ради него на все, как героини Джека Лондона, которым он зачитывался в детстве.
Вика и в самом деле отчасти напоминала девушек из приключенческих рассказов – открытых, честных, верных. Им можно делать пакости, зная, что они никогда не ответят тем же, а Вениамин не собирался ограничивать себя в средствах.
«Итак, влюбить. Не просто влюбить, а заставить ее полюбить! Пусть на это уйдет много времени, главное – не сорваться раньше срока. Убедиться в том, что она прочно сидит на крючке.
