Он услышал стоны и рвотные позывы, за которыми последовало сухое блевание. Иисусе. Шейн дошел почти до конца темного переулка и увидел, как Лу склонился, схватившись за живот. Его спина вздымалась и опускалась, а желудок тщетно пытался избавиться от содержимого. Теперь в нем не было ничего, кроме боли. Вряд ли Лу догадывался о его присутствии и Шейну показалось, будто он подсматривает за очень личным моментом. Лу выпрямился, положив обе ладони на кирпичную стену перед собой, пытаясь перевести дыхание.
— Ллевелин… — Шейн попытался говорить тихо, но все равно испугал большого парня.
Лу резко обернулся, его грустные глаза нервно сканировали аллею.
— Что ты… — Лу поднял руку и попятился еще дальше в угол. — Ты не… ты… просто останься… я не причиню тебе вреда."
"— Я знаю, Ллевелин. Я пошел за тобой, — Шейн сделал ударение на этом «я», когда подошел ближе.
Лу выглядел так, будто у него отказали ноги, и у Шейна возникло острое непреодолимое желание обнять его, но он остался стоять на месте.
— Дай угадаю. Ты здесь, чтобы сказать, что я не получил работу, — Лу невесело усмехнулся. — Я уже догадался. Они послали тебя избавиться от меня, верно? Делай то, за чем пришел. Я не буду драться с тобой и не стану причинять вред, — Лу отвернулся к стене, все его тело нервно дрожало, пока он боролся, пытаясь взять себя в руки. — Я за всю свою жизнь никому не причинил вреда, — прошептал он с болью в голосе.
Шейн пока не был до конца уверен почему, но он верил Лу.
На самом деле верил. Он осторожно положил руку на широкое плечо парня и так же осторожно повернул его лицом к себе. Ему было нужно, чтобы Лу видел его искренность.
— Нет, Ллевелин. Я здесь не для того, чтобы избавиться от тебя. Я пришел, чтобы проводить тебя домой и убедиться, что ты доберешься туда без проблем. Ты выглядел очень расстроенным, и я не хотел, чтобы ты считал, что все в этом городе думают одинаково.
— Ты в курсе, что Шериф говорил обо мне, верно? — голос Лу был невероятно глубоким и хриплым, вероятно, отчасти из-за охватившей его нервозности, но по большей части это был его особый тембр.
Это заставило Шейна сделать паузу. Он прочистил горло.
— Да, Ллевелин.
Наконец, Лу взглянул ему в глаза.
— Можешь звать меня Лу.
— Так тебя зовут все остальные? — слегка улыбнулся Шейн.
— Да.
— Что ж, тогда я должен делать что-то, что будет отличать меня от остальных, — Шейн пожал плечами.
