Лу как раз находился у себя в камере, рисуя чертеж модели своего дома, пытаясь вспомнить его дизайн и разработать программное обеспечение, когда пришел охранник, чтобы сообщить, что у него посетитель.
Его брат стоял, когда Лу вошел, но охранник быстро напомнил им про запрет прикосновений. Это был самый простой способ для посторонних передавать контрабанду заключенным, поэтому правило «никаких прикосновений» соблюдалось очень строго.
—Хэй, Лу, — прошептал его брат. — Как держишься, братишка? Как к тебе здесь относятся?
Лу невесело рассмеялся лающим смехом.
Неужели его брат действительно не заметил разбитую губу?
— Скажем так, я не получаю должного уважения, которое заслуживает насильник.
— Ллевелин, ты не насильник.
Лу попытался провести рукой по своим грязным и спутанным волосам, но его пальцы в конце концов застряли в них. Из-за того, что он вынужден был избегать душа большую часть времени, его волосы остро нуждались в хорошем мытье.
— Бро, пожалуйста, не приходи сюда больше. Я не могу этого вынести.
— Что? — в замешательстве выдохнул Лесли.
— Я не хочу, чтобы ты тратил шесть часов, просто чтобы приехать сюда и посмотреть, как я облажался. Моя жизнь кончена.
— Она не кончена, Лу, — печально покачал головой Лесли.
— Десять гребаных лет, Лесли! Десять! Я, блядь, умру в этом месте. Я не протяну здесь десять лет, особенно, как насильник детей.
— Насильник детей? — его брат выглядел растерянным.
— Каким-то, блядь, образом все здесь знают, что моя так называемая жертва была несовершеннолетней.
Так что теперь я насилую маленьких мальчиков.
— О боже, — Лесли выглядел так, будто его сейчас стошнит, но он понятия об этом не имел.
— Я загнан в гребаный угол. Я не выживу в этом месте, — Лу зажмурился. Ему предстояло сделать самую сложную вещь в мире, но это нужно было сделать. — Не возвращайся, Лесли. Для меня все кончено.
Слезы потекли по щекам его брата.
— Охрана, я готов вернуться в камеру.
— Ллевелин, не делай этого. Ты можешь справиться с этим.
— Не десять лет. Я не стану.
— Тебя выпустят через восемь за хорошее поведение.
— Лесли, я не продержусь даже следующие восемь дней.
— Лу, не говори так…
Охранник подошел сзади и Лу поднялся, чтобы уйти. Он слышал, как брат звал его, но он проигнорировал это. Уже выходя из комнаты посещений, он наткнулся на взгляд любопытных ярко-голубых глаз, которые внимательно за ним следили. Парень смотрел на него так, будто Лу был самым интересным из всего, что тот когда-либо видел в своей жизни.
