— Ты, Леша, поезжай помедленнее, — сказал Корнеев шоферу, — погодка видишь какая.
— Погода как погода, — недовольно ответил Леша.
Он, как большинство водителей оперативных машин, обожал стремительный бросок по узким улочкам, кваканье спецсигнала, прерывистое мерцание фар.
— Хорошо бы сейчас поехать в Сокольники, в «Сирень». Попить пива, — мечтательно сказал Логунов.
— Знаешь, что такое счастье, Боря?
— Ну?
— Не видеть несбыточных снов.
— Очень остроумно.
— Нехорошо говоришь с начальником.
Логунов хотел ответить что-то веселое, но машина остановилась.
— Вот и Дом кино.
Они прошли мимо вахтерши, симпатичной дамы, читающей «Новый мир», поднялись по лесенке у гардероба и вышли в узкий длинный коридор. Потом спустились вниз.
Игорь раньше никогда не бывал здесь. Он шел через тишину закрытого престижного дома, и странное чувство покоя охватывало его.
На стеклянных дверях кафе висела бумажка, сообщающая, что оно откроется в 11.30.
Игорь огляделся, в противоположной стороне за стеклянными дверями горел свет.
— А там что? — спросил Корнеев.
— Бильярдная. — Логунов подошел и толкнул дверь.
В зале с тремя бильярдными столами в самом углу стоял шахматный столик. За ним играли двое. Один из шахматистов обернулся, увидел Логунова и медленно встал.
Был он не по-утреннему наряден. Темно-синий костюм— тройка, белая рубашка, красивый галстук. Из кармана пиджака торчал кончик белоснежного платка. Но главное было не это. Лацкан пиджака украшал массивный серебряный знак.
Игорь присмотрелся.
Где-то он видел это затейливое переплетение серебряных вензелей, букв, корон.
— Привет, Виктор. — Логунов дружелюбно протянул руку.
Конюков пожал ее с неким чувством превосходства. Он понимал, что эти двое из «сыскного» приехали к нему явно с какой-то просьбой.
— Познакомься с моим коллегой. — Логунов кивнул на Корнеева.
— А я его знаю. Вы Корнеев. Точно?
— Да, — удивился Игорь. — А откуда вы меня знаете?
— Конечно, очень смешно, но мы учились с вами в одной школе. Только вы были старше меня на два класса.
Вот поэтому вы меня и не помните. Мы всегда помним только тех, кто учился старше нас. Таков психологический феномен восприятия.
— Теперь я вспомнил, — засмеялся Игорь, — где я видел это серебряное чудо, которое вы носите с такой гордостью. За этот знак Леша Тихомиров выменял две редчайшие марки.
— Правильно. Только ваш одноклассник Леша Тихомиров обманул вас. Он проиграл мне этот знак в очко.
— Уже тогда? — ахнул Игорь.
— Что делать, судьба.
