Однако лет двадцать пять назад один волхв с Алтая предсказал, что его судьба завершится трагически. Он будет убит. Шаман даже детально описал человека, который это сделает, но не сказал, как избежать такого финала. Велисар долгое время не придавал этому значения, считая, что до того момента еще далеко, а может и вовсе удастся изменить предначертанное. И вот сегодня он увидел фотографию человека, который, как он сразу понял, был тем самым, о ком говорил алтайский прорицатель. Это был тот, кто должен был поставить точку в его жизненном пути.
Велисар не мог ошибиться — энергетика этого темно-русого парня была слишком странной, слишком древней. Попытки заглянуть в его прошлое или будущее ни к чему не привели. И это только укрепило уверенность Велисара: пророчество начинает сбываться. Работа на Ровяковского больше не имела смысла. Да и неизвестно, сможет ли сам Ровяковский справиться с таким противником, несмотря на все свои ресурсы и связи.
Сейчас у Велисара была одна цель — изменить свою судьбу.
Поэтому он бежал из Москвы, бежал туда, где будет в безопасности. Туда, где его будет сложнее найти, и где он сможет набраться сил и энергии для предстоящей борьбы. Судьба, которую он так долго игнорировал, теперь требовала его полного внимания.
***"
"Игорь Воротынский вместе с группой сотрудников Исторического музея в сопровождении полковника Хворостина и одного из его подчиненных спускались на самый нижний этаж подземных сооружений Кремля. Сергею Хворостину действительно удалось ускорить получение всех разрешений, и буквально через два дня группа смогла приступить к работе.
За день до этого Ростислав показал им на плане кремлевских подземелий место, где находится выход из известного ему подземного хода. По договоренности Росс уже должен был ждать с обратной стороны потайной двери, указанной им на нарисованном от руки плане, и по сигналу Хворостина присоединиться к ним. Так как мобильный телефон на такой глубине не принимал, решено было воспользоваться обычной рацией.
Когда группа оказалась в точке, обозначенной опричником, полковник остановился и, оглядевшись, не нашел на стенах даже никакого намека на дверь. Переглянувшись с Воротынским, он дал знак двигаться дальше, а сам остался на месте. Еще раз оглядевшись и убедившись, что остальные скрылись за углом, он дважды нажал на рации кнопку вызова. Это, собственно, и был сигнал. Ответа не последовало. Через минуту — еще раз.
