В потолке загорелось красное табло аварийного режима. Виом вспыхнул вновь, передёргиваемый судорогами помех. Стало видно, что фрегат сносит к джинну какая-то чудовищная сила.
Дарислав хотел вскочить и помочь Диане встать, но почувствовал, что мышцы не повинуются ему. Вызвал компьютер мысленно:
«Старт на КГГ!»
Твердыня не ответил.
Зато в мыслесферу вторгся чей-то жёсткий металлический голос:
«Приехали, дамы и господа!»
«Костёр» джинна, пульсирующий перед беспомощным фрегатом, поплыл пластилиновыми волнами и вылепил… голову Голубева, презрительно искривившего губы.
– Виктор! – еле слышно прошептала Диана.
– С-скотина! – не выдержал Дамир. – Ему удалось выжить и зомбануть джинна!
Улыбка псевдополковника стала шире.
«Как я рад видеть вас, господа! Правда, я потерял человеческую форму, – контрразведчик хихикнул, – зато приобрёл возможность создавать любую другую. Но не будем ходить вокруг да около. Предлагаю обмен: вы отдаёте мне Диану Забавную, к которой я до сих пор неравнодушен, а я отпускаю вас с миром».
– Нет! – проговорил Дарислав.
«Слышу знакомые интонации, Волков. Вы так выразительны в своём гневе, что другой на моём месте испугался бы. Но боюсь, у вас нет выбора. Конечно, я уважаю Дианочку и даже в глубине души люблю, однако не настолько, чтобы отпустить её с вами. Моя жизнь только начинается, а ваша, очевидно, зашла в тупик. Придётся чем-то жертвовать. Итак! – Гигантское лицо квазичеловека отвердело. – Даю минуту на размышления! Да, и прикажите своим коллегам не бросаться грудью на амбразуры.
Флот Властителей теперь подчиняется мне. Вместе мы легко уничтожим ваши посудины. Адью, полковник. Отсчёт пошёл!»"
"Гигантская голова Голубева потекла «пластилином», рождая странную конструкцию в стиле Сальвадора Дали: нечто вроде головы козла, обладавшей огненным глазом и закрученными рогами. Так издевательски контрразведчик позволил себе напомнить миф о Люцифере.
Сила, державшая людей в ступоре, слегка ослабила натиск.
Шапиро помог Диане подняться, улыбнулся на взгляд начальника похода.
– Кажется, наступил момент истины, Слава?
Члены экипажа тоже повернули головы к Дариславу.
Надо мыслить нестандартно, вспомнил он пожелание физика. Но что можно сделать в ситуации, когда тебя, образно говоря, держат за причинное место? Не взрывать же корабль в гордой уверенности, что ты совершаешь подвиг?
«Твердыня, – связался он с компьютером, – мы совсем обездвижены?»
«Рабочий режим недоступен, – тихо ответил Твердыня.
