- Да, конечно, я переживаю из-за долга…
— Ну вот, — кивает Данила, явно радуясь, что наконец-то дождался от меня хоть какого-то положительного ответа. — А зачем тебе тратить на это нервы? Сейчас скину тебе на карту всю сумму.
— Нет! — шепчу в панике. — Не надо! Не смей!
— Но почему?!
— У твоего папы и так достаточно трат, чтобы заниматься ещё и нашими проблемами!
Теперь настала очередь Данилы удивлённо хлопать ресницами.
Они у него густые и чёрные, и я невольно любуюсь его невозможными глазами.
— Мой отец-то здесь причём, Лера?
— Ну как же… Он ведь тебя обеспечивает… Не надо добавлять ему ещё одну статью расходов. Мы сами справимся, правда!
Некоторое время Данила смотрит перед собой в пространство, недовольно щурится, надменно задирает подбородок.
— А с чего ты решила, что меня содержит отец?
— Разве нет? Не сам же ты купил элитную квартиру в центре и роскошную тачку? Говорят, она стоит пятнадцать миллионов.
— Не пятнадцать. Четырнадцать семьсот.
— А, ну это всё меняет, — улыбаюсь насмешливо.
— Квартиру действительно подарил отец, когда мне исполнилось семнадцать. С того момента я начал жить отдельно и перестал брать у него деньги. На машину заработал уже сам.
Слышу в голосе Данилы нотки гордости.
Сам? Да ладно!
— Но это же нереально!
— Вполне. Два года назад написал небольшую, но очень крутую программку, и пока её не слизали китайцы, успел нехило подзаработать.
— О!
— А Демьян Андреевич, кстати, заплатит мне два миллиона за софт для его завода. Правда, работа ещё не закончена, но за пару недель добьём.
— Два миллиона… — Упираюсь локтями в стол и сжимаю виски пальцами. От этих безумных чисел голова идёт кругом.
— Ну что, малыш, я доказал тебе, что со мной можно иметь дело? — улыбается Данила. Он протягивает руку и сжимает мои пальцы. — Я тот самый айтишник, без которого ничего не будет работать. Соглашайся.
У него сильная горячая ладонь.
— На что я должна согласиться?
— Хочу, чтобы ты была рядом, Лера, — с затаённой страстью произносит парень. — Сразу, как тебя увидел, подумал: боже, какая девочка, хочу, чтобы она стала моей.
Слова Данилы долетают будто издалека — у меня шумит в ушах, я плохо соображаю. Витаю в облаках, растворяюсь в розовой дымке грёз… Грудь распирает безудержной радостью, я даже готова станцевать посреди огромного ресторанного зала.
